Никиту Михалкова чуть не зарезали за домогательства к школьнице

Режиссер таскал проституток "в гости" и не платил в ресторане В нынешнем году культовому фильму «Д’Артаньян и три мушкетера» исполняется 35 лет. Картина принесла артистам всенародную популярность, за счет которой некоторые живут по сей день. Но остался один участник съемок, незаслуженно забытый. Это постановщик трюковых сцен Николай Ващилин. 
Каскадер, мастер спорта СССР по самбо, доцент ЛГИТМиКа (Институт театра и кино, сейчас — Академия театрального искусства), Ващилин более 40 лет верой и правдой служил советскому кинематографу. Но нажил к своим 65 годам только кучу болячек.

Сейчас Николай Ващилин живет в родном Санкт-Петербурге более чем скромно. Почти не выходит из дома, болеет — сказалась давняя травма позвоночника. Нужны деньги на лечение, а их нет. Пенсия — 7 тыс. руб. Хотя мог стать счастливым исключением из правил. Ведь у него было много ныне влиятельных друзей. Ващилин дружил с Никитой Михалковым, в юности угощал мороженым Владимира Путина и помогал ему осваивать азы дзюдо. В дружеский круг входили и другие нынешние политики.


Слева направо: Николай Ващилин с женой Наташей и Никита Михалков (Рим, 1989 г.) 

Николаю Николаевичу есть что вспомнить. Он ставил трюки и выступал каскадером в таких фильмах, как «Они сражались за Родину» Сергея Бондарчука, «Сибириада» Андрея Кончаловского, «Урга — территория любви» Никиты Михалкова, «Стрелы Робин Гуда» Сергея Тарасова, «Приключения Шерлока Холмса и доктора Ватсона» Игоря Масленникова... [...]   
Донжуаны липовые 
— Долгие годы звезды «...мушкетеров» любили рассказывать, как пили и гуляли на съемках и сколько у них было сексуальных приключений. «Хилькевич приходил в номер и не мог понять, где чьи руки-ноги. Где женские, где мужские — мы с ребятами и «боевыми подругами» спали вповалку на одной кровати», — это цитата из одного интервью.

— Я слышал эти рассказы — полный бред! Мы жили в обкомовской гостинице, там мимо дежурных мышь не проскочит. Помню, как в Ленинграде в гостинице Никита Михалков пытался провести в свой номер девушку. Я был с ними — для прикрытия. Чаще всего горничные делали вид, будто нас не замечают. А тут дежурная, помню, уперлась: «Стойте, вы куда?!» Никита ей, важно: «Я — Михалков, а это мои гости». А дежурная в ответ: «Какие гости? Я эту девицу знаю, она проститутка! Я сейчас куда следует сообщу! У нас тут иностранцы проживают, а вы...» Так и «мушкетеры» — все-таки обкомовская гостиница. В отели селили только семейных, с печатью в паспорте. А так жили в коммуналках, домой девушку не приведешь — соседи такой крик поднимут!

Половые связи совершали в парадных — идешь домой, а там парочка пристроилась. Летом — в сквериках... На всех углах висели объявления: «Граждане, берегитесь сифилиса, гонореи!» Совокупиться на съемках непонятно с кем? Все, завтра ты больной! Презервативов же не было! «Мушкетеры» в интервью говорили: «Мы женщин делили поровну». Хочется спросить: «Как же вы, ребята, не боялись подцепить триппер»? Думаю, это легенда, которую сами они придумали. [...]

Нет, разврат начался позже, ближе к 90-м, когда стали строить бани при спортивных центрах.
Жулик Михалков

— До 1991 года мы с «мушкетерами» при встречах обнимались-целовались, — с болью в голосе продолжает Ващилин. — Но в 1992 году в кино пришел Александр Иншаков — он снимал первую «Бригаду» с Сергеем Безруковым. И захотел быть главным каскадером страны. Организовал Ассоциацию каскадеров и стал президентом. Прогибаться я не стал. Так и оказался не у дел, а имя мое пропало из всех справочников и титров.

Потом и с Михалковым рассорился — отказался сопровождать его в экспедицию с очередной подружкой. Я открыто сказал: «Я больше тебя прикрывать не буду!» Он воспринял это как предательство и перестал со мной разговаривать. А ведь Никита — крестный моих детей. В Костроме крестили во время съемок фильма «Очи черные». Хотя до середины 90-х он меня чуть ли не «в десны целовал». И когда в Каннах в 94-м его спросили: «У вас много врагов, а есть ли друзья?» — он по Первому каналу на всю страну заявил: «У меня есть только один друг — Коля Ващилин». И куда теперь мне деть 20 лет нашей дружбы, фотографии: вот они с Марчелло Мастроянни у меня в гостях, вот мы в обнимку с «Оскаром», вот я у него на съемках «Урги»...

Впрочем, Никита всегда был верен себе. Помню, он приехал из Финляндии в Ленинград, я его встретил, поехали ужинать. Когда пришло время платить, Никита дал бармену пластиковую карту. Тогда в Союзе таких было немного, их не очень-то принимали. Но тут — «Астория», Михалков! Бармен карту взял, пропустил через аппарат. Карта не сработала. Бармен говорит, мол, не получается. «Что?! — взревел Никита. — Ты думаешь, я, Михалков, тебя обманывать буду?!» Парень извинился: «Ой, наверное, у нас машинка не работает». И мы ушли, а на выходе Никита мне подмигивает: «Как я его кинул? У меня же на карте — ноль!» На следующий день Михалков уехал, а я пошел в ресторан деньги отдать. Встретил бармена, он мне с порога: «Твой Михалков — козел! Я заплатил за ваш ужин из своей зарплаты».

Стыдно мне и за то, что я не поднял свой голос, когда он уговорил писателя Виктора Астафьева склонить народ на сторону Ельцина в 1996 году. [...]


Николай Ващилин (слева) обучал дзюдо Владимира Путина 
Что осталось за кадром    Николай Николаевич написал книгу «Мы умирали по воле режиссеров», в которую вошли рассказы о съемках культовых фильмов, интересных встречах. И конечно, о закулисных интригах и тайнах. Но, к сожалению, денег на выпуск книги у Ващилина нет. Если поклонники захотят помочь ему напечатать мемуары — он будет счастлив. Вот несколько отрывков из книги Николая Ващилина. [...]

О Никите Михалкове.  
* «Я знаю Михалкова с 1976 года. Что могу сказать? Своеобразен! Помните, Никита Сергеевич, как на премьере первых «Утомленных солнцем» какой-то мужик бросился на вас с ножиком, а я его за руку поймал и мордой об землю у ваших ног. Пусть, мол, знает, как на барина руку поднимать! Тогда еще приглашенный на премьеру Сергей Федорович Бондарчук очень удивлялся: за что это на вас с ножиком народ бросается?

А это был папа девочки-школьницы, которой вы грязно домогались. Помните это? Когда исповедуетесь, лучезарный вы наш, рассказываете о тех летних днях? А ведь и девочка Ева, и ее папа — тот самый, с ножом, — живы и могут многое рассказать».

* «В 1996 году какой-то доброхот слил жене Михалкова, что тот полетел в Германию со своей любовницей. Таня упала в обморок. Я в те дни лежал в больнице с инфарктом, но Михалков подумал, что это я стукнул. Нет, братец, не я. Но я предполагаю, кто это сделал и почему...» [...]

Мария Евстигнеева