Пазлы Тимченко

Что за бизнес-империю строит главный российский нефтетрейдер Volga Resources, инвестфонд главного продавца российских нефти и нефтепродуктов Геннадия Тимченко, в ближайшие дни нарастит долю в крупнейшем независимом производителе газа «Новатэке». А на этой неделе фонд объявил о завершении сделки по покупке компании «Геотек», специализирующейся на сейсморазведке месторождений и бурении скважин. Это приобретение удачно вписывается в череду предыдущих публичных сделок Volga в газовой сфере. Представители фонда категорически отрицают , что эти активы будут в дальнейшем объединены, а Тимченко строит второй «Газпром». Однако все же логика именно в таких покупках есть.

Сейчас очевидно, что, каким бы сильным козырем ни была давно обсуждаемая близость Тимченко к российскому премьеру, хозяина Gunvor нельзя считать простым временщиком. Он построил интересную бизнес-модель, которая позволяет больше зарабатывать сотрудничающим с трейдером нефте- и газодобывающим структурам. Сам же Тимченко берет свое и на вполне прибыльных сервисах, и как акционер добывающих компаний.

Газовая volga
«Геотек» занимается теми видами деятельности, что предваряют добычу углеводородного сырья: полевыми сейсмическими работами, геофизикой и бурением скважин. И на ее долю приходится около трети общероссийских объемов таких работ. Специалисты компании есть во всех значительных нефтегазоносных провинциях России: в Западной и Восточной Сибири, Тимано-Печорском регионе, на юге страны. Поступают и заказы из-за рубежа — из Узбекистана. Часть акций «Геотека» Volga Resources продадут нынешние акционеры: менежджмент, два американских фонда Black River Asset Management и Farallon Capital Management. Кроме того, в пользу структуры Тимченко будет проведена допэмиссия. По окончании сделки в распоряжении Volga будет блокпакет «Геотека». Будет ли фонд в дальнейшем наращивать свое участие в компании, его представители не говорят.

За последний год Тимченко, которого раньше интересовали преимущественно нефть и нефтепродукты, довольно серьезно обосновался в газовом бизнесе. Он начал скупать акции второго по величине после «Газпрома» производителя газа — компании «Новатэк» и вскоре доведет свою долю до блокпакета, имеет совместно с «Новатэком» контроль в компании «Ямал-СПГ» — владелице гигантского Южно-Тамбейского газоконденсатного месторождения. Кроме того, фонду Тимченко принадлежит «Стройтрансгаз», специализирующийся на строительстве газопроводов и обустройстве месторождений. Эта коллекция активов, конечно, не «Газпром» — но сильный игрок в отрасли.

Эффект gunvor
Все газовые активы к основному детищу Тимченко, трейдеру Gunvor, не имеют отношения и записаны на фонд Volga Resources. И для того чтобы стать мини-«Газпромом», ему не хватает только собственной трубы и разрешения экспортировать добытый газ. Только вот строить газовый холдинг Volga, по словам ее представителя, не собирается. Gunvor и другие структуры Тимченко, связанные с нефтью и нефтепродуктами, — тоже, в общем-то, не холдинг и не вертикально-интегрированная компания, а набор бизнесов, удачно дополняющих друг друга и позволяющих максимизировать прибыль от основного из них, — экспортных поставок энергоресурсов.

Одна из самых сильных составляющих нефтяного трейдинга Gunvor — транспортная цепочка. Своей трубы, как и в случае с газом, у Тимченко нет. Партии экспортной нефти Gunvor идут по трубе «Транснефти». Однако в портах ее встречает собственная перевалка — перегрузка с конца трубы на танкер. И дальше собственной шиппинговой компанией, арендующей корабли на долгие сроки, нефть доставляется заказчикам. Примерно так же устроен и экспорт нефтепродуктов, только тут транспортную цепочку дополняет еще и «Трансойл», оператор по перевозке нефтепродуктов цистернами.

Такой схемы ни у кого из трейдеров, работающих с российской нефтью, больше нет. Синергетический эффект от взаимодействия трейдера с железнодорожным оператором, портовыми терминалами и пароходством посчитать сложно. Безналоговая рентабельность транспортировки, например, мазута, оценивается примерно в 25%.

[Slon.ru, 04.03.2010, "Фрахтовый бизнес — это даже не покер, а «подкидной дурак": Гендиректор исследовательского агентства InfraNews Алексей Безбородов о сделке: Перевозка железной дорогой тонны мазута с уфимского нефтеперерабатывающего куста — $35, с волжского куста — около $40 долларов. Перевалка, например, в Новороссийске и фрахт до какого-нибудь итальянского порта — $12–15.

Безналоговая рентабельность перевозок мазута железной дорогой — примерно 15%, в перевалке рентабельность около 30%. А вот во фрахте все настолько непросто, очень многое зависит от сезона. Фрахтовый бизнес — это даже не покер, а «подкидной дурак»: фрахтовики то разоряются, то поднимаются, и это естественный процесс. Если у трейдера вся цепочка транспортная своя, трейдер стабилен, следовательно, он имеет рентабельность транспортной цепочки 20–25%. — Врезка К.ру]

Свой транспорт дает Gunvor возможность поставлять нефть на экспорт на выгодных для нефтекомпаний условиях, за счет которых трейдер Тимченко все увеличивает и увеличивает присутствие на рынке экспорта нефти и нефтепродуктов. Особенно — нефтепродуктов, ведь их поставки за рубеж выгоднее продажи сырой нефти из-за более привлекательных пошлин.

Поддать газу
Начав восхождение с торговли нефтью, Тимченко плавно приблизился к добыче сырья. Ему давно уже приписывают контроль над одной из крупнейших нефтегазовых компаний — «Сургутнефтегазом», сам нефтетрейдер признает за собой только 0,1% акций. Официально называться добытчиком нефти он сможет после того, как совместное со шведской Lundin предприятие «Петроресурс» запустит качалки в нефтеносной провинции на Каспии. В газовом бизнесе Тимченко действует строго наоборот: начинает с добычи. Почему?

Продажи на экспорт этого вида топлива в России монополизированы «Газпромом», и эта монополия закреплена на законодательном уровне. Премьер Владимир Путин на днях заверил, что status quo сохранится еще на неопределенное время. А это значит, что независимые производители газа по-прежнему, как бы они ни бились, будут вынуждены реализовывать добываемое сырье на внутреннем рынке. Тут у них есть несколько вариантов — от продажи газа генерирующим компаниям до реализации его самому «Газпрому», собственная добыча которого падает, а место в газотранспортной системе высвобождается. Но зачем тогда газ специализирующемуся на экспорте Тимченко?

Судя по его покупкам, он выстраивает систему, похожую на ту, что у него получилась в нефтетрейдинге: элементы структуры, пусть и формально не объединенной, взаимодействуют между собой, создавая синергетический эффект на этот раз для газодобывающей компании .

[Slon.ru, 04.03.2010, " Из всех этих кубиков можно сложить выгодный для самого Тимченко узор": Источник в газовом бизнесео взаимодействии газовых активов Тимченко: Тут очень сложно оценить синергию в деньгах. Но, естественно, они, как минимум, не будут друг другу препятствовать. Если бы я был на месте [Геннадия] Тимченко, то выстраивал бы все эти [газовые] активы в цепочку. Ожидать, что именно так он поступит, что активы будут взаимодействовать между собой, логично. Он купил один актив, а он обеспечит прибыль другому. Если акционеры общие, то есть возможность оптимизации и более тесного сотрудничества.

Первое, что приходит на ум. «Новатэк» недавно сильно нарастил ресурсную базу. Все это нуждается в дополнительной геологоразведке. Именно на этих полях мог бы поработать «Геотек», если, конечно, у него нет к этому никаких противопоказаний и он технически способен это сделать. Вообще говоря, думаю, способен — это заметный игрок на этом рынке. Затем, когда «Новатэк» будет дальше заниматься месторождениями, то тут на их обустройстве пригодится «Стройтрансгаз», для которого «Новатэк» может стать хорошим клиентом. Из всех этих кубиков можно сложить выгодный для самого Тимченко узор. — Врезка К.ру]

Нефть и газ Тимченко

«Новатэк» недавно сильно нарастил ресурсную базу. Его новые газоносные участки, включая Южно-Тамбейское месторождение, нуждаются в дополнительной геологоразведке, бурении скважин и обустройстве месторождений. Все это могут для них выполнять купленные Тимченко предприятия — «Геотек» и «Стройтрансгаз» — на «братских», выгодных условиях, что позволит газовой компании снизить себестоимость добычи и больше зарабатывать при продаже газа на внутреннем рынке. Тем более, что дальнейшее вовлечение этих структур «в реализацию сложных проектов, требующих участия различных профильных мощностей» представитель Volga Resources подтвердил.