Горе от Кума-1. Общий бизнес Кумарина и Путина

У истоков нефтяного состояния петербургского мафиози стоял вице-мэр Путин и его личный друг Андрей Георгиевич Степанов Вечером 22 августа 2007 г. в торгово-развлекательный комплекс «Золотая страна» на Владимирском проспекте в Петербурге ворвались бойцы СОБРа, а за ними сотрудники Генпрокуратуры. Они ринулись обыскивать номер «Красный принц», где часто останавливался и принимал гостей Владимир Барсуков. Но в этот раз его в номере не оказалось: Барсукова задержали в тот же день на его даче под Петербургом. «Операция по задержанию Барсукова проходила в строжайшей секретности, — рассказывает Ольга Чернышова, следователь Главного следственного управления Петербурга, входившая в спецгруппу по делу Барсукова. — Никто из сотрудников ГУВД Санкт-Петербурга не был допущен к этой информации. Операция разрабатывалась в Москве — были большие опасения, что произойдет утечка информации». Но если верить Барсукову, у него были основания ждать ареста: «Я дарил картину “Тайная вечеря” в монастырь, дорогостоящую. А за ней пришел [руководитель следственной группы по делу Барсукова Геннадий] Захаров и сказал, что в монастыре я прячу краденое. Потом Захаров через адвокатов передал мне, чтобы я уезжал из страны, все равно посадят» (Барсуков ответил на вопросы через адвоката Константина Кузьминых).

«Его предупреждали не раз. Но он почему-то ничего не предпринял, — удивляется знакомый с Барсуковым питерский бизнесмен. — Видно, был уверен, что быстро отпустят».

Вышибала
О молодости Барсукова — тогда его фамилия была Кумарин —  рассказал его знакомый, журналист и автор «Бандитского Петербурга» Андрей Константинов. Кумарин родился в 1956 г. в с. Александровка (Тамбовская обл.). После армии приехал в Ленинград, поступил в Ленинградский институт точной механики и оптики. Он занимался боксом и устроился подрабатывать вышибалой в кафе «Роза ветров», потом барменом в кафе «Таллин»; за прогулы был отчислен из института. В 1985 г. получил первый срок за незаконное хранение оружия. Освободившись условно-досрочно в 1986 г., вернулся в Ленинград и начал формировать собственную команду, костяк которой составили его земляки — уроженцы Тамбовской области. «Кумарин — личность харизматичная, умел увлечь людей, — вспоминает один из его знакомых. — Многие из его людей работали практически за идею, он очень мало, например, платил своей охране. Очень основательный, всегда все продумывал, а эмоции проявлял только в кругу очень близких людей».

«Тамбовские поначалу крышевали наперсточников и цеховиков (тех, что подпольно джинсы шили), вспоминает другой знакомый Кумарина. — В основном долги вышибали. Наперсточники тогда огромными деньгами ворочали». С милиционерами у тамбовских был договор: их наперсточники с утра платили штраф за административное правонарушение, а потом спокойно шли работать на Апраксин двор. «Были дни, когда мы на всех зарабатывали до 10 000 руб. А в то время столько “Жигули” стоили», — рассказывал Кумарин Константинову.

Со временем цеховиков сменили уже легальные кооператоры, директора небольших магазинов — с них тамбовские собирали дань, взамен обещали защиту.

В 1990 г. за тамбовских взялись всерьез, рассказывает Константинов: к уголовной ответственности было привлечено около полусотни активных членов группировки. В том числе и сам Кумарин, которого за самоуправство приговорили к четырем годам (обвинялся в вымогательстве).

В 1993 г. Кумарин вышел на свободу, опять досрочно. Тамбовские начали окучивать уже руководителей заводов и фабрик.

1 июня 1994 г. «Мерседес» Кумарина изрешетили из автоматов — телохранитель Виктор Гольман погиб, Кумарин около месяца пробыл в коме, потерял руку. В середине лета его переправили на лечение в Германию, где, как он говорит, сделали более 10 операций. Конфликт вышел из-за парохода с вином, которое тамбовским и великолукским отдал на реализацию некий питерский предприниматель, рассказывает знакомый Кумарина. Великолукские с предпринимателем поругались, убили его и потребовали от тамбовских отдать выручку им. Но Кумарин широким жестом отдал выручку вдове бизнесмена. Великолукским он ее по-любому отдать не мог, это было бы несолидно, объясняет знакомый.

Пока Кумарин лечился в Германии, группировка великолукских была уничтожена. По оценке Константинова, жертвами разборок стало около 30 человек.

Инвестор
В начале 1996 г. Кумарин вернулся в Петербург и, как говорит Константинов, «переориентировался на инвестиции в легальную экономику — в городе и ряде районов области тамбовцы заняли ключевые позиции в топливно-энергетическом комплексе, кредитно-финансовой сфере, торговле недвижимостью». В газетах их стали называть не «тамбовской группировкой», а «тамбовской бизнес-группой». В 1999 г. Кумарин сменил фамилию на Барсуков (девичья фамилия матери). «Ему хотелось внимания, уважения, славы», — вспоминает петербургский предприниматель. А в конце 2000 г. во Всеволожский районный суд от гражданина Барсукова поступил иск о защите чести и достоинства. Ответчиком выступал отставной начальник ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области Анатолий Пониделко. «Я назвал его главой организованной преступной группировки, а он считал себя предпринимателем», — объясняет Пониделко. Суд закончился мировым соглашением.

«Я познакомился с Кумариным, когда еще он работал в “Таллине”, — вспоминает петербургский адвокат Юрий Новолодский, один из защитников по второму делу Кумарина в 1990 г. — За эти годы он приобрел лоск и уверенность в себе. Кумарина принимали в коридорах высшей власти, что позволяло ему активно развивать свой бизнес в городе. Иметь такой серьезный бизнес в Петербурге без взаимодействия с властными структурами было невозможно».

«В 1990-х гг. офис Барсукова находился на ул. Восстания, 2/1, — вспоминает бывший сотрудник Петербургской топливной компании (ПТК). — Чтобы попасть туда, надо было пройти во двор, обнесенный забором, с вышкой как на зоне». Здание принадлежало ЗАО «Знаменская», в совет директоров которого Барсуков вошел в 1999 г. (следует из отчетности компании).

«Знаменская» была зарегистрирована в 1994 г. Ее гендиректором с 1995 г. был Владимир Смирнов (широкой публике известен как начальник дачного кооператива «Озеро», в числе учредителей которого были Владимир Путин, Ковальчук, оба Фурсенко и другие знаменитые сегодня люди). Мэрия отдала компании комплекс из двух зданий и нескольких флигелей на углу Невского проспекта и ул. Восстания и участок земли под ними (около 10 000 кв. м). «Знаменская» должна была расселить проживавших там людей (664 человека) и перечислить администрации Центрального района 1,5 млрд руб.

«Чтобы получить такой участок, нужен был определенный административный ресурс, но в начале 90-х мэрия раздавала инвесторам много знаковых земельных участков и зданий», — комментирует Александр Григорьев, гендиректор фирмы «Григорьев и партнеры».

В 1995 г. «Знаменскую» приобрела St. Petersburg Immobilien und Beteiligungs AG (SPAG). SPAG согласно ее сайту учреждена в 1992 г. в Германии при участии мэрии Петербурга.

Директор SPAG Маркус Резе рассказывал Le Mond, что консультантом компании несколько лет работал Путин. «Правление SPAG сразу после учреждения компании заявило о формировании консультативного совета, куда вошли высокопоставленные чиновники администрации Петербурга: Путин (глава комитета мэрии по внешним связям), Михаил Маневич (комитет по управлению городским имуществом) и Олег Харченко (комитет по градостроительству и архитектуре)», — рассказывает бывший член правления SPAG Николай Максимов. По его словам, совет никогда не являлся органом управления, а был «рекламной конструкцией» — показывал, что SPAG поддерживается мэрией.

«Таких компаний, как SPAG, у Путина было более 1000, так как он обязательно визировал регистрацию этих компаний по роду своей должности», — замечает Барсуков.

Пресс-секретарю Путина Дмитрию Пескову ничего не известно о взаимоотношениях Путина со SPAG и Барсуковым. «Путин никогда не участвовал в управлении нашей компанией, не посещал офисы SPAG, не получал никаких вознаграждений», — утверждает Максимов.

По его словам, SPAG создавалась для привлечения иностранных инвестиций в реконструкцию зданий в историческом центре Петербурга. В «Знаменскую» она инвестировала 30 млн евро.

Появление в «Знаменской» Барсукова Максимов объясняет так. SPAG тогда искала инвесторов, а Барсуков долго лечился в Германии и знал ряд ее представителей: «С Барсуковым обсуждалась, в частности, тема инвестиций в “Знаменскую”, и он был приглашен в совет директоров ЗАО “Знаменская”, чтобы лучше узнать компанию. Но так как никакие инвестиции в проект при посредничестве Барсукова привлечены не были, очень скоро [в марте 2000 г.] он покинул совет».

А в 2001 г. немецкая прокуратура инициировала в отношении SPAG расследование, был арестован один из ее совладельцев — адвокат из Лихтенштейна Рудольф Риттер. Немцы подозревали, что русская мафия через SPAG приобретала недвижимость за границей.

Зимой 2004 г. в качестве свидетеля по делу об отмывании денег фирмой SPAG допрашивали Барсукова. «Да, — вспоминает он, — вызывали на допрос по SPAG, но я в этой компании появился в конце 90-х гг. Никакого отмывания или других противозаконных действий со стороны российских граждан не было. Иностранные граждане все оправданы судом — они привлекались по другим делам, ничего не имеющим общего со SPAG. А в Германии у меня никакого бизнеса нет».

По словам Максимова, которого тоже допрашивала немецкая прокуратура, разбирательство в отношении немецких партнеров SPAG длилось с 2003 г. и в начале июня этого года было завершено, обвинений никому не предъявлено.

В 2005 г. «Знаменская» была продана финской Stockmann. «Мы приобрели этот участок у немецкой SPAG, а о Барсукове слышу в первый раз», — говорит директор по развитию Stockmann Юсси Куутса. Эксперт по недвижимости Института проблем предпринимательства Алексей Шаскольский на момент сделки оценивал этот комплекс зданий в $40-60 млн.

Другой крупный проект SPAG — бизнес-центр «Информ-футуре» по адресу: ул. Тамбовская, 12, в 2007 г. был продан финской Sponda за 4 млн евро (данные компании).

Нефтяник
Летом 1999 г. пресс-служба ПТК настойчиво приглашала журналистов на открытие одной из своих АЗС. Вокруг свежепокрашенной заправки на Петроградской набережной собирались люди. Но журналистов подвели не к президенту ПТК Андрею Степанову, а к неприметному мужчине с низким лбом. Держался он уверенно, принимал поздравления и подарки. Правый рукав пиджака у него был пустой, для приветствия он протягивал левую руку. Он протянул визитную карточку, где было написано: Барсуков Владимир Сергеевич, вице-президент ПТК, ул. Восстания, 2/1. Незадолго до того появились слухи, что Барсуков пытается стать «нормальным» предпринимателем, и его спросили, почему он стал появляться на публике и не часть ли это его новой PR-стратегии. Он недоуменно пожал плечами и вдруг стал рассказывать про убитого недавно главу Балтийской финансово-промышленной группы Павла Капыша, главного конкурента ПТК на топливном рынке Петербурга. Его автомобиль среди бела дня был расстрелян из гранатомета на мосту Лейтенанта Шмидта. У Капыша были серьезные проблемы в Чечне, где он пытался купить нефтяные скважины, говорил Барсуков (газеты тогда писали, что Капыша могли убрать тамбовские).

Согласно отчетности «Знаменской» в 1998-1999 гг. Барсуков был заместителем председателя совета директоров, вице-президентом ЗАО «ПТК».

ПТК появилась в сентябре 1994 г. Незадолго до этого Петербург пережил череду топливных кризисов — на АЗС выстраивались огромные очереди. После этого мэрия и предложила создать ПТК. Среди ее 21 учредителя (по 4,76%) — комитеты по управлению госимуществом Петербурга и Ленобласти, банк «Россия», Морской порт Санкт-Петербург, Пулково, ОЖД и т. д. В январе 1995 г. ПТК подписала с мэрией соглашение, по которому стала поставщиком топлива для предприятий городского хозяйства под гарантии мэрии.

У ПТК были хорошие связи в Смольном. В июне 1997 г. совет директоров возглавил Степанов, бывший председатель комитета по торговле в правительстве Собчака. В декабре 1998 г. в совет директоров компании вошел вице-губернатор Петербурга Юрий Антонов. В 2002 г. он стал вице-президентом, а с 2004 г. — президентом ПТК.

ПТК быстро завоевывала петербургскую розницу. Если к концу 1995 г. в аренде и собственности у нее было всего 12 АЗС, то к концу 1999 г. — почти 70 и две нефтебазы.

Розничная торговля нефтепродуктами в Петербурге была небезопасным бизнесом: в 1997 г. был застрелен вице-президент «Несте Санкт-Петербург» Валерий Мандрыкин, в 1999 г. — Капыш.

Назначение Барсукова вице-президентом ПТК плохо сказалось на имидже компании, некоторые партнеры стали отказываться от сотрудничества с ней, а после убийства Капыша давление усилилось, вспоминает источник, близкий к руководству ПТК. Поэтому Барсуков ушел со всех постов в ПТК, а компания стала яростно опровергать какую бы то ни было связь с ним. Хотя в центральном офисе ПТК у Барсукова по-прежнему был свой кабинет, рассказывают несколько петербургских бизнесменов.

Конечно, Барсуков контролирует ПТК, это почти полностью его бизнес, но это никак не оформлено, говорил в 2004 г. один из его близких знакомых. Сам Барсуков передал, что был лишь вице-президентом ПТК, но ее совладельцем — никогда. Представитель ПТК также утверждает, что Барсукова среди ее акционеров никогда не было.

Одно документальное свидетельство, что Барсуков был в ПТК не только менеджером, все-таки есть. В 2004 г. структура ПТК выкупила на аукционе имущество обанкроченного аэропорта «Ржевка», в том числе взлетно-посадочную полосу и рулежные дорожки (о планах развития этой территории ПТК сообщала в своих отчетах). По данным ЕГРЮЛ, 17 ноября 2004 г. было зарегистрировано ОАО «Аэропорт «Ржевка», учредителями которого выступили ООО «Кортеж» (75%) и ООО «Персей» (25%). На 3 декабря 2004 г. владельцем 50% ООО «Кортеж» была Марина Геннадьевна Хаберлах — жена Барсукова. Согласно спискам аффилированных лиц ОАО»Аэропорт «Ржевка» «Кортеж» сохранял свою долю до сентября 2007 г., когда единственным владельцем аэропорта стал его гендиректор Анатолий Семенов.

Окончание статьи