Валя-Терминатор

Зачистки Санкт-Петербурга от его жителей становятся все масштабнее Градостроительный совет Петербурга единогласно одобрил эскиз объемно-пространственного решения застройки квартала, ограниченного улицами Шкапина, Розенштейна, Обводным каналом и веткой железной дороги. На участке площадью более шести гектаров предполагается возвести деловой комплекс класса «А». Наряду с дорожающими как на дрожжах квадратными метрами растут и аппетиты застройщиков. А жертвами все чаще становятся простые люди, жители старого фонде. Выселения из центра на окраины — уже едва ли не рутина. Дальше едешь — чище воздух

Формальным поводом к выселению может быть либо признание аварийности здания, либо его изъятие для государственных нужд, что фактически не оставляет жителям шанса избежать равного инфаркту переезда.

Как считают эксперты, ситуацию со строительным беспределом в городе усугубил новый Жилищный кодекс, вступивший в силу в марте 2006 года, который регламентировал принудительное расселение зданий, предназначенных для «госнужд». Так, в дополнение положений Закона Петербурга «О жилищной политике» юридически закрепляются основания для принудительного «изъятия земельных участков и жилых помещений для государственных нужд, включением многоквартирного дома в перечень домов, планируемых к сносу, реконструкции при развитии территории». Проще говоря, если какой-либо дом (или участок под ним) понадобится государству «по нужде» — считай, дело в шляпе.

Если раньше владельцы и наниматели квартир в расселяемых домах в центре могли рассчитывать на равнозначное жилье поблизости или большее по площади в спальных районах, то теперь нанимателям в любом случае дают квадратные метры по установленной законом норме. Собственникам же предлагают или такую же по площади квартиру на окраине, или денежную компенсацию по расценкам бюро технической инвентаризации – то есть в разы меньше рыночной стоимости жилья.

В одном из интервью глава Жилищного комитета Юнис Лукманов, приводя в пример переселение людей с улиц Шкапина и Розенштейна в Колпино, объяснил, что, оказывается, изгнание петербуржцев из центра города на окраины продиктовано… заботой власти об экологической безопасности населения.

Если что — отключим газ

Одной из многочисленных жертв такой градостроительной политики стал и печально известный дом № 32 по набережной Робеспьера. Узнав, что некоторые жильцы не хотят покидать свои квартиры, губернатор Валентина Матвиенко высказалась в таком духе, что возможно принудительное выселение строптивцев в маневренный фонд. Глава исполнительной власти также советовала отключать несговорчивым свет, воду и так далее…

Надо полагать, пожелание губернатора было воспринято как директива.

Один из жителей разрушенного дома № 32 по Робеспьера Артур Попов в деталях рассказал «Новой», как людей выживали из собственных квартир:

— Началось с того, что в марте отключили отопление, правда было уже достаточно тепло, и мы не придали этому большого значения. Но дальше, в конце апреля, когда дом был еще наполовину заселен полноправными собственниками и официально зарегистрированными нанимателями, нам отключили воду — и холодную, и горячую. Сделано это было по прямому распоряжению Геннадия Шулева, замглавы администрации Центрального района. Мы, конечно, обратились в Роспотребнадзор и в районную прокуратуру. После этого воду включили было, но буквально через неделю выключили опять…

— Это помогло еще недели на две, — продолжает Артур. — Затем сантехники ЖЭС №1 ОАО «Жилкомсервис» выкрутили часть коллектора целиком.

Переводим: сотрудники коммерческой организации, которая администрации де-юре не подчиняется, просто вывинтили часть трубы в доме и унесли с собой — чтобы жители уж точно не могли восстановить водоснабжение!

— Не успели мы опомниться, как в первых числах мая к исчезновению воды прибавилась пропажа электричества. Мой сосед, ветеран войны, фронтовик, да и просто пожилой, больной (лежачий больной) человек, встречал 9 Мая без света и воды. Как в блокаду! При этом в квартире, в которой он прожил много лет и в которой был на тот момент официально зарегистрирован!

О злоключениях жителей можно было бы написать роман в жанре черного неореализма. Достаточно упомянуть, что апофеозом выселения стали заваренные в подъезде двери: «Представьте, люди приходят домой и видят перед собой заваренную дверь собственного подъезда. Такая ситуация повторялась за месяц раза четыре, мне приходилось подгонять машину к подъезду и болгаркой резать дверь… Там были все наши вещи, там еще жило несколько семей, но чиновникам было уже все равно. Они уже чувствовали запах денег!»

Не влезай — убьет

По оценке одной из жительниц квартала между Шпалерной и набережной Робеспьера Аллы Москвиной, дом 32 до аварийности методично доводил сам Жилкомсервис.

— В 1995 году там была абсолютно новая, блестящая кровля, все было очень прилично, — вспоминает Алла Леонидовна. — Ситуация стала меняться, когда появилась информация о строительстве Морского отеля. Стали выбивать потихонечку окна, двери, закрывали глаза на то, что в подвалах поселились бомжи... Там висят щиты с названием организации, которая все это, по сути, рушит — так вот она, что любопытно, называется «Терминатор»!.. Были стеклопакеты на первом этаже, красивые офисные помещения. А потом в окошке появилась записка: «Не влезай — убьет», окно потом разбили... Это случилось еще до того, как дом выставили на торги.

Дом на Шпалерной, 34, в котором живут Москвины, тоже попал под расселение.

— Я точно знаю, что людей из нашего дома расселяли риелторские фирмы, — говорит наша собеседница. — За две большие комнаты семья получила «трешку» на озере Долгом, в доме 60-го года постройки. Когда они переезжали, я спросила, на каких условиях они продавали комнаты, заплатили ли им за землю, — они ответили: «Рады тому, что живы!» Для тех людей, которые сами должны были подбирать себе жилье на выделенные инвестором деньги, это обернулось большими потерями, поскольку, например, многие не знали, что будет реновация, что нельзя покупать жилье в пятиэтажках, что старый фонд пойдет под капитальный ремонт…

За комнаты с видом на Неву платили из расчета 5 тысяч долларов за квадратный метр. А после в прессе появилась информация о том, что будет строиться элитный высотный многоквартирный дом, и квартиры там будут продаваться по $25 тыс. за кв. метр.

Даже дом на Робеспьера, 22, — а там жили сотрудники Литейного, 4, (КГБ–ФСБ) и их семьи — не избежал горькой участи. Как рассказывала депутат муниципального совета Наталья Берова, здание расселяли в морозную зиму. С верхнего этажа его залило кипятком, и он стоял ледяной, по лестницам было не подняться. Отключили газ, свет, и жить там стало совершенно невозможно. Тогда стали предлагать какие-то условия, а расселяли этот дом три или четыре риелторские фирмы: под большие апартаменты с 9-комнатными квартирами окнами на Неву и Финляндский вокзал…

Без суда и следствия

Алла Москвина вспомнила, как во время недавних общественных слушаний, посвященных расселению, вице-губернатор Петербурга Александр Вахмистров уверял жителей, что опасаться выселения на окраины не стоит.

— Он сказал жителям: «Успокойтесь, что вы гоните волну, ничего не будет. Все останутся жить в том же районе». И тогда у меня возник вопрос: где я стану жить? На Литейном, 4, или в Таврическом дворце? Куда меня можно переселить, если весь Центральный район пойдет под реновацию? Он отвечать не стал и убежал. Вот если они еще и область с городом соединят, то нас могут отправить и в Подпорожье, и гораздо дальше.

Местная администрация, по словам жительницы района, при этом полностью поддерживает инвестора. Когда глава района Светлана Штукова встречалась с председателями ТСЖ, она сразу сказала: «Я буду на стороне инвестора, потому что он вложит деньги в ремонт».

— А мы считаем, что правительство должно вернуть долги нам, жителям, за неотремонтированное жилье, — высказывает мнение свое и своих единомышленников Москвина. — За то, что никогда не делалось, несмотря на то что мы живем в доме-памятнике под защитой КГИОП. Инвесторы уже до беспредела дошли. На меня, например, два года назад напали. Застройщик сказал: «Я покупаю ваши квартиры», а мы ответили: «Не продаем». А он говорит: «Я вышибу мозги не только вам, но и любой охранной системе». И сейчас идет захват дома через нежилые помещения — в сговоре, как мы уверены, с администрацией и всеми другими чиновниками. ТСЖ незаконно продали наши нежилые помещения, и продали очень нагло, по документам — помещения из соседнего дома. Акт приема-передачи вообще оформлен… на другую улицу. Получается, все решают деньги, мы уже судимся так два года!

Добавим, что КУГИ рассматривает возможность изгнания жильцов из зданий, находящихся в ведении Петербурга, без помощи Фемиды. По словам зампредседателя КУГИ Петра Яковлева, сейчас комитет начинает крупную процедуру по внесудебному выселению. До этого подобным образом проблему еще не решали.

Если эксперимент пройдет успешно, выселять жителей из центра города на окраины станет еще проще. В принципе, поведение власти и застройщиков не удивляет. «Обеспечьте капиталу 10 процентов прибыли, и капитал согласен на всякое применение, при 20 процентах он становится оживленным, при 50 — положительно готов сломать себе голову, при 100 процентах он попирает все человеческие законы, при 300 — нет такого преступления, на которое он не рискнул бы, хотя бы под страхом виселицы», — предупреждал Карл Маркс еще полтора века назад.

Екатерина СТЕКОЛЬЩИКОВА
Фото ИНТЕРПРЕСС