Полет баблонавта

Ректор одного из национальных исследовательских университетов России Михаил Федорук (его специальность — "командир танка" по военному билету) любит рассказывать в интервью, какое неизгладимое впечатление произвел на него в детстве полет Юрия Гагарина. Это, конечно, прекрасное воспоминание, но с тех пор появилось много других чудес науки и техники, за которыми подобные Федоруку менеджеры, похоже, уже не успевают, продолжая молиться на "великое советское прошлое".

Однако НГУ – вуз значимый и крупный, просто так, ничего не делая, у руководства долго не просидишь. Имидж учебного заведения необходимо поддерживать на должном уровне, и Федорук нашел весьма непыльный выход. Оказывается, рейтинг вуза можно сильно «подкрутить», почти ничего не делая и применяя для этого только имиджевые и пиар-инструменты. Правда, и польза для науки в таких случаях получается крайне сомнительной.

Раскрутка бренда

Почти все рейтинги вузов включают в себя такой параметр как «репутация». Он состоит из нескольких разных факторов, которые напрямую к репутации отношения не имеют. Например, в "рейтинговую репутацию" входит такой параметр, как цитируемость вуза в СМИ. Ее довольно несложно увеличить за короткое время, что НГУ и успехом и проделал, увеличив для начала штат пиарщиков с 2 человек до 6. Эти сотрудники всеми силами стараются навязать журналистам информацию об университете или комментарий от лица учебного заведения в СМИ. Для вуза это, конечно, полезно, но злоупотреблять подобными стратегиями явно не стоит.

Примерно такая же картина и с увеличением цитируемости научных статей: 40% научных сотрудников Сибирского отделения РАН также являются сотрудниками НГУ, и их научные тексты засчитываются в рейтинге цитируемости-репутации как статьи сотрудников университета. Имеют ли они в этом вопросе какой-то дополнительный финансовый интерес, или их труд попросту присваивается НГУ согласно каким-то закулисным договоренностям Федорука и председателя Сибирского отделения РАН Александра Асеева? Подобный "шеринг" научных публикаций — это, по сути, хакерский способ поднять рейтинг вуза, никак не стимулируя научную деятельность. Вполне советский, начетнический способ. Фактически, банальные приписки, тогда как есть более простые и эффективные способы одновременно увеличить цитируемость научных текстов, а значит и вуза, а также стимулировать научную деятельность — доплачивать ученым за научные публикации. Бюджет на это есть, но, по всей видимости, он расходуется на что-то иное.

Набсовет в лице главы СО РАН Асеева и ректорат сами признают, что это всего лишь манипуляция, призванная повысить рейтинг, но ничего не гарантирующая в плане оживления научной деятельности.

"Если говорить про рейтинги в плане научных публикаций и цитируемости, то университет в этом плане находится в лидерах. Мы понимаем, что это произошло благодаря организации восьмидесяти совместных лабораторий с институтами СО РАН», - заявлял Асеев на ученом совете в 2015 году. Повышение рейтинга на бумаге не может активизировать академическую деятельность и тем более – стать причиной резкого увеличения сотрудничества с крупными иностранными ВУЗами.

Работы на «хозяйстве»

Как-то в одном из выступлений Михаил Федорук упомянул, что благодаря проекту 5–100 (программа повышения международной конкурентоспособности российских университетов) НГУ удалось привлечь к работе со студентами больше международно-признанных ученых Академгородка и в несколько раз увеличить число поездок студентов и преподавателей на конференции и стажировки.

Интересно получается: элитную землю с лесом (24 га) в столице Сибири СО РАН в НГУ переводит бесплатно, чтобы строить на ней непонятную недвижимость (и, возможно, совсем не для студентов, аспирантов и ученых), а за "аренду ученых" в СО РАН НГУ платит Академии из бюджета проекта 5-100, который должен идти на повышение привлекательности ВУЗа.

Весьма похоже на двойные стандарты, когда дело касается "выгодного освоения" бюджетов. Кстати, территория представляет собой более 10 отдельных участков, общая кадастровая стоимость которых составляет около 43,2 млн рублей. Не стоит забывать, что земля СО РАН - это тоже государственная собственность, и передать ее в университет на безвозмездной основе может быть и неплохо, но только под определенные цели (для благоустройства университета), а не для "бизнеса по строительству коммерческой жилой недвижимости".

Также внимательного исследователя хоздеятельности НГУ наверняка привлекут странные суммы, затраченные на капитальный ремонт корпусов университета, сравнимые с ремонтом в московском доме, где находится знаменитая квартира вице-премьера Игоря Шувалова: ректор просит на капремонт одного корпуса до 600 млн рублей. Но за такие деньги в Новосибирске можно построить 2 новых корпуса. По всей видимости, компетентным органам стоит проверить этот "капремонт" потщательнее.

На «скромной» зарплате

Достаточно противоречивая картина складывается и в отношении ректорской зарплаты Михаила Федорука. В интервью 2012 года, когда только заступил на новую должность, он говорил, что преподаватели вуза получают значительно меньше проректоров - зарплата последних составляет 70 тысяч рублей. Сам же он в качестве ректора получал 100 тысяч рублей, что, по его словам, было даже неловко. Ему, еще в недавнем прошлом скромному преподавателю математики и физики, такие деньги были пока непривычны.

Однако с годами «скромный ректор» научился жить с этой неловкостью, потому что его зарплата увеличилась с 6.5 млн в 2014 году до 18,4 млн руб. в 2015 году (в 3 раза), а с учетом общего семейного дохода и еще больше: до 25.9 млн руб. (в 4 раза). И это в кризисный для страны и науки период. Кстати, такой доход  превышает доходы даже некоторых столичных ректоров более успешных и богатых ВУЗов: зарплата Анатолия Торкунова (ректор МГИМО) – 24.4 млн руб., зарплата Николая Кудрявцева (МФТИ) 18.8 млн руб., а ректор МГУ Виктор Садовничий получил в 2015 г. 17.1 млн руб. в год.

Как известно, ректор распоряжается бюджетом в несколько млрд рублей, при этом университет ведет совершенно невнятную хозяйственную деятельность, а зарплата Федорука растет из года в год, без привязки к каким-бы то ни было KPI. Возможно, есть повод ввести какой-то контроль и по этому пункту.

Менеджерская компетентность ректора тоже вызывает вопросы. Управление бюджетом университета – одна из важнейших задач ректора, с которой он, судя по экономической ситуации в университете, едва справляется. Вместо признания и исправления ошибок Михаил Федорук предпочитает находить виновных совсем не там, где они есть. Взять, к примеру, историю долгов перед субподрядчиками по строительству нового корпуса НГУ: ректор прямо отказался брать на себя ответственность, публично переложив ее на строителей. Но разве в компетенции строителей, а тем более конечных субподрядчиков, управление деньгами университета? Конечно, нет, это исключительная компетенция администрации университета, это понимает даже первокурсник. Тем не менее, ректор предпочитает уйти от ответственности и не хочет признавать свою ошибку, которая впоследствии может дорого ему обойтись. Но, видимо, этот пресловутый «костюм баблонавта» слишком хорошо сидит на его фигуре, и менять его Федорук уже, вероятно, не собирается.