Два миллиарда - это несерьезно

Виктор Вексельберг и Лев Блаватник нашли новую отмазку перед нью-йоркским судом, в котором сенатор Леонид Лебедев требует от олигархов $2 млрд. По новой версии двух богатеев, оформленных 6 февраля в виде ходатайства, Лебедев в своих претензиях ссылается не на исполненный юридической силы документ, а лишь на декларацию о намерениях, по которой они никакой ответственности не несут. Таким образом Вексельберг и Блаватник просят суд Нью-Йорка прекратить производство по иску, а договор 2001 года считать недействителеным.

Как сообщает РБК, слушания по иску Лебедева против Вексельберга и Блаватника начались 4 февраля. Лебедев подал иск в суд Нью-Йорка ровно год назад, однако начало процесса затянулось: сначала судебные курьеры не могли вручить повестку в суд представителям Вексельберга, а затем ответчики попытались перенести процесс в Великобританию – в Высокий суд Лондона. Из-за этих разбирательств процесс в Нью-Йорке был задержан.

Черновик без законной силы

В марте 2013 года ответчики продали «Роснефти» 25% ТНК-BP примерно за $13,8 млрд. Лебедев требует у Блаватника и Вексельберга более $2 млрд (около 15% от cуммы, полученной ими от продажи акций ТНК-BP). По его словам, в 90‑х он помогал им приватизировать акции Тюменской нефтяной компании (ТНК в 2003 году вошла в совместное предприятие с британской BP), а о том, что он был «тайным акционером» компании, свидетельствует соглашение о партнерстве, или «совместном предприятии» (как утверждает истец).

Блаватник и Вексельберг настаивают, что все свои обязательства перед Лебедевым выполнили, заключив в 2003 году через свою компанию OGIP (которая образовалась после объединения их долей в ТНК) соглашение с компанией Coral, действовавшей от имени Лебедева. В рамках этого соглашения OGIP выплатила Coral $600 млн в обмен на отказ Лебедева от любых прав требования в отношении ТНК (включая дивиденды и долю в бизнесе), утверждают ответчики. Лебедев признал, что платеж в $600 млн получил в полном объеме в 2006 году и что никаких иных платежей он от ответчиков более не получал, равно как и не имел никакого отношения к якобы существовавшему «совместному предприятию» с 2003 года, отмечается в ходатайстве. Но сам сенатор уверяет, что отказался только от дивидендов, но не от прав собственности на долю в совместном нефтяном бизнесе.

Лебедев характеризует документ по созданию СП как «черновое инвестиционное соглашение», которое стороны обсуждали во время прогулки вокруг Центрального парка Нью-Йорка в 2001 году. Подписали его там же, именно поэтому Лебедев теперь судится в Нью-Йорке.

В ходатайстве об отклонении иска ответчики указывают, что «черновик инвестиционного соглашения» содержал только три с половиной страницы, он не датирован, был подписан только Вексельбергом и Лебедевым, а стороны соглашения не поименованы (три пропуска не заполнены). Они указывают, что сам сенатор в своем иске признавал, что так называемое инвестиционное соглашение 2001 года в лучшем случае является «черновиком соглашения».

Устные договоренности

Лебедев утверждает, отмечается в ходатайстве, что стороны «устно» договорились о «ключевых условиях» соглашения. Устный договор, согласно американским законам, может быть защищен в суде, но только если он может быть исполнен в течение одного года. Если же срок выполнения договора рассчитан более чем на год, так называемый Статут о противодействии мошенничеству (Statute of frauds) требует, чтобы соглашение заключалось в письменной форме, иначе оно не будет считаться действительным.

Лебедев пытается доказать, что черновое инвестиционное соглашение 2001 года могло быть исполнено в течение одного года (иными словами, договор может быть прекращен в течение года без нарушения его условий). Например, он ссылается на то, что «Сторона 3» (за которой стоял Лебедев) была вправе продать долю в ТНК «в любое время». Ответчики категорически возражают.

Но даже если суд не поддержит этот довод, у юристов Блаватника и Вексельберга есть в запасе другой: все сроки давности по требованиям истца истекли. По законам штата Нью-Йорк, сроки исковой давности применительно к обвинениям в мошенничестве составляют до шести лет. Лебедев обвиняет бывших партнеров в нарушении обязательств по договоренностям 2001–2003 годов. Чтобы оставить иск в пределах сроков давности, Лебедеву придется доказать, что он только недавно обнаружил факт мошенничества.

Представители Лебедева и Вексельберга отказались комментировать ходатайство. Представитель Блаватника пока не ответил на запрос журналистов.