Воспользовавшись кризисом Медведев может провести в правительство своих людей?

Какие рокировки могут произоййти в кабинетах власти? Самый масштабный после 1998 года финансовый кризис, видимо, все-таки приведет к серьезным кадровым перестановкам в российском правительстве. Причем состояться эти перестановки могут до ожидаемого пика кризиса, то есть уже в конце 2008 года. В этом уверены информированные люди в Кремле и Белом доме.

Несмотря на попытки некоторых представителей власти и самого премьера Владимира Путина демонстрировать (по совету кремлевских политтехнологов) уверенность и «спокойную силу» (таким, как известно, был слоган Франсуа Миттерана на выборах президента Франции в 1980-е гг.), неформально в Кремле признают, что правительство откровенно прозевало первую волну кризиса. Поэтому исполнительной власти не удалось предотвратить самое плохое: панику банковских вкладчиков, которая сама по себе стала причиной нестабильности многих малых и средних банков. На грани крушения находится и система потребительского кредита, на протяжении ряда лет служившая доказательством преимуществ «путинской стабильности». Несмотря на огромные финансовые резервы, правительство Путина не смогло распорядиться ими достаточно оперативно и эффективно, чтобы избежать удара по кошелькам миллионов простых граждан. Которые, несмотря на все прелести «суверенно управляемой» демократии, все еще остаются избирателями. Можно вспомнить, например, протесты против монетизации льгот в начале 2005 года, которые заставили российскую власть изрядно поволноваться и раскошелиться дополнительно на несколько сот миллиардов рублей для предотвращения социального взрыва.

По всей видимости, дни Алексея Кудрина на посту главы Минфина все же сочтены. Не случайно Алексей Леонидович в последние дни столь шокирующе откровенен относительно перспектив экономического кризиса. И дело не в том, насколько именно Кудрин виноват в кризисе. Власти необходим козел отпущения. И непопулярный, в том числе и в бюрократической среде, известный своей твердостью и надменностью министр финансов — самый подходящий кандидат на эту неблагодарную роль. Известно, что в середине октября кремлевские кураторы СМИ послали «своим» журналистам отчетливый сигнал: табу на критику Кудрина отменяется. Обвинять министра финансов в кризисе отныне можно.

Хотя без высокой и ответственной должности Кудрин, скорее всего, не останется. Говорят о том, что из Минфина он переедет в кабинет председателя Центрального банка России. А нынешний глава ЦБ Сергей Игнатьев, которому в январе исполнилось 60 лет, уйдет на заслуженный отдых, получив почетное место советника президента по экономическим вопросам. Тем более что нынешняя команда ЦБ во многом состоит из людей Кудрина, сработаться с которыми ему будет несложно. А значит, смена главы ЦБ «на переправе» не приведет к параличу основного финансового регулятора страны.

Среди основных кандидатов на пост министра финансов называют Татьяну Голикову — главу Минздравсоцразвития, которая уже была вторым лицом Минфина в 2002—2007 гг. и отвечала за все бюджетные вопросы. Голикова считается одним из самых профессиональных финансистов в современной России. Однако экономическую и финансовую стратегию государства будет определять уже не глава Минфина, который станет скорее классическим «главным бухгалтером» страны, а специальный вице-премьер, который будет курировать и Минфин, и Минэкономразвития. Не исключено, что этот пост займет Аркадий Дворкович, ныне помощник президента страны по вопросам экономической политики. Давно уже не секрет, что взглды Дворковича импонируют Дмитрию Медведеву куда больше, чем ультрамонетаристская позиция Алексея Кудрина. Возможный при ход Дворковича в Белый дом будет означать, что Кремль и правительство делают особую ставку на возобновление экономического роста, а не на борьбу с инфляцией. Которая для команды Кудрина была идеей фикс, хотя в 2007—2008 гг. реальных успехов в этой борьбе правительству и Минфину добиться не удалось. И это в неофициальных беседах тоже все признают.

Скорее всего, в результате реорганизации кабинета министров вырастет аппаратный вес Игоря Шувалова, который считается фаворитом Кремля. По некоторым данным, вопросы работы правительства Медведев и сегодня предпочитает обсуждать непосредственно с Шуваловым, а не с главой правительства. Не исключено, что первый вице-премьер возглавит возрожденную Комиссию по оперативным вопросам, которая будет заседать 2—3 раза в неделю и принимать важнейшие антикризисные решения, что называется, с колес. Напомним, что 21 октября Медведев назначил Шувалова главой Совета по финансовым рынкам — органа, который должен разрабатывать концепцию поведения государства в условиях глобального кризиса.

Ожидаются изменения и в политическом блоке правительства, традиционно замыкавшегося непосредственно на президента. Рокировка «Сергей Лавров — Алексей Громов», о которой некоторые СМИ сообщали еще в сентябре, видимо, все же состоится. Кризис объективно требует координации усилий с США и Евросоюзом. В такой ситуации нынешний глава МИДа едва ли может быть эффективен. К тому же Медведев хочет видеть на Смоленской площади «своего», лояльного министра. В то время как Лавров излишне замыкается на премьера и предпочитает координировать свои действия и высказывания с Путиным, что не может не раздражать Кремль. Наблюдатели отмечают, что в последние недели Громов стал гораздо чаще контактировать с представителями иностранного дипкорпуса, аккредитованными в Москве, и фактически уже взял на себя часть деликатных функций, присущих в «мирное время» МИДу.

Неясны пока карьерные перспективы вице-премьеров Сергея Собянина и Игоря Сечина. Первому вроде бы обещали когда-то пост мэра Москвы. Но вопрос об уходе Юрия Лужкова снят с повестки дня.

Потому не исключено, что нынешнему шефу правительственного аппарата придется довольствоваться должностью менее значительной (хотя и формально куда более высокой) — креслом председателя Совета Федерации. (От сегодняшнего спикера «уже все подустали» — как выражаются чиновники в Кремле.) Сечин, который в последнее время сконцентрировался на лоббировании интересов нефтяных компаний, может возглавить одну из них. Не исключено — что новую государственную, которая может быть создана посредством объединения «Роснефти» и «Зарубежнефти».

Ряд наблюдателей считают, что Дмитрий Медведев хочет воспользоваться кризисом не только для модернизации правительства, но и для усиления своего личного контроля над системой исполнительной власти. Хотя в данном случае между «хотеть» и «мочь» — пропасть. Ведь главой федерального правительства остается Владимир Путин: по крайней мере о его добровольном желании покинуть свой пост никто ничего не слышал. И хотя премьер все больше времени проводит в Ново-Огареве, предпочитая лишний раз не появляться в Белом доме, нет сомнений, что он постоянно держит руку на пульсе. И ни одно ключевое кадровое решение не может состояться без его согласия. А значит, на поверку реформа кабинета может оказаться чисто косметической. Заставит ли кризис Дмитрия Медведева проявить политическую волю? Этот вопрос остается открытым.
 
Сергей Прянишников