Патриарх Кирилл, банкир Мешалкин и губернатор Полтавченко

Среди прочих финансовых учреждений, обанкротившихся в прошлом году, двое оказались тесно связщаны с церковными струкурами. Сначала банкротом был признан банк "Софрино", затем была отозвана лицензия у Эргобанка, в котором держали свои счета 61 организация РПЦ. На фоне слухов о том, что РПЦ готово было купить контрольный пакет акций Эргобанка, вновь актуальным стал вопрос о том, что представляет собой церковная бухгалтерия. Тем более, что церковные финансы крайне непрозрачны, а, как показывает расследование "Новой газеты" причастны к ним многие высокопоставленные чиновники.

Банкроты

На святках, 15 января, Банк России отозвал лицензию у Эргобанка — 321-го в банковской системе страны (по объему активов). Причинами стали отсутствие у банка оборотных средств, снижение капитала ниже уставного и фактическое банкротство. Это событие могло не привлечь особого внимания (малые банки теперь лопаются в России часто), если бы СМИ не заметили: счета в Эргобанке имеет 61 организация Русской православной церкви Московского патриархата (РПЦ МП), в том числе Троице-Сергиева лавра и Данилов монастырь. По слухам, их сотрудники якобы не получили зарплаты за декабрь, а обители не смогли полностью рассчитаться за газ и электроэнергию. Среди других пострадавших — различные епархии РПЦ МП, которые переводили через Эргобанк свои отчисления в патриархию. Подозрительно «централизованное» размещение средств епархий в одном банке ведущий диссидент РПЦ МП протодиакон Андрей Кураев комментирует так: «Это желание сделать свой бизнес еще более закрытым. То есть теневым для государства и общества и более прозрачным для патриархии. Ей важен онлайн-контроль над денежными потоками в епархиях».

Церковные источники утверждают: высокое доверие малоизвестному банку патриархия оказала под гарантии своего делового партнера Валерия Мешалкина, председателя совета директоров и ведущего акционера Эргобанка. Мешалкину также принадлежит компания «Энергомашкапитал», которая получает дорогостоящие и порой секретные заказы для атомной энергетики. Он близок к епископу Тихону (Шевкунову), имеющему репутацию «духовника Путина», и к Георгию Полтавченко, главе Российского Афонского общества, объединяющего крупных чиновников и бизнесменов, которые периодически встречаются в тиши афонских скитов (Греция), куда доступ женщинам и вообще посторонним закрыт. Мешалкин опубликовал в православных СМИ несколько статей, посвященных Афону.

«Энергомашкапитал» и Эргобанк были многолетними спонсорами Троице-Сергиевой лавры, Дивеевского монастыря и Брянской епархии РПЦ МП, создали церковный благотворительный фонд «Мария».

Валерий Мешалкин возглавляет российскую Ассоциацию поставщиков и переработчиков мусора, а к мусорному бизнесу причастен сын Георгия Полтавченко Алексей, который строил в Петербурге мусоросжигательный завод на деньги сына греческого миллиардера Леонидаса Боболаса, опекающего Ватопедский монастырь на Афоне. (Именно там хранится знаменитый Пояс Богородицы, который 4 года назад возили по России, собирая пожертвования на монастырь.)

Но гораздо больше, чем от проблем с Эргобанком, РПЦ МП может пострадать от банкротства значительно более солидного Внешпромбанка (34-е место по объему активов). В конце декабря ЦБ ввел мораторий на исполнение этим банком требований кредиторов — сроком на три месяца. 21 января ЦБ отозвал лицензию у Внешпромбанка. Поскольку центральный аппарат Московской патриархии держит во Внешпромбанке 1,5 миллиарда рублей, РПЦ МП лишилась доступа к этим средствам — а от них зависят зарплаты уже ближайшего окружения патриарха. Говорят, он и сам держал некоторые средства во Внешпромбанке в компании с такими вкладчиками, как жена вице-премьера Дмитрия Козака, а также «Роснефть», «Транснефть» и Олимпийский комитет России.

Правление Внешпромбанка возглавляет еще один бизнес-партнер патриархии, православная ассирийка Лариса Маркус, недавно задержанная Следственным комитетом по подозрению в мошенничестве. Ее брат — совладелец банка и президент Федерации бобслея России Георгий Беджамов — скрылся в Монако. Бывшие крупные акционеры Внешпромбанка Анастасия Оситис (в девичестве — Гончарова) и ее дочь Ирина Федулова возглавляют Фонд святых равноапостольных Константина и Елены, который — от имени РПЦ МП — аккумулирует пожертвования «на Донбасс и Сирию». Фонд выполняет и некоторые «деликатные функции», в частности содействует постепенной интеграции приходов Русской зарубежной церкви в Московский патриархат и «патриотическому воспитанию» детей русских эмигрантов в духе лояльности нынешнему политическому режиму РФ.

Если Мешалкин со своим покровителем Полтавченко принадлежат к сугубо мужскому братству «афонитов», то Оситис пытается создать аналогичный женский элитарный клуб вокруг Дивеевского монастыря в Нижегородской области. Оситис и Федулова также возглавляют компанию-оператора связи ACBT, совладельцем которой является церковный олигарх Евгений Пархаев — гендиректор «Художественно-производственного предприятия Русской православной церкви «Софрино» (ХПП РПЦ), монополиста в производстве церковной утвари и облачений, опекаемого лично патриархом.

74-летнего Пархаева, занявшего свой пост в 1980-е гг. и близко дружившего со многими «крепкими хозяйственниками», в том числе с В.С. Черномырдиным, в последнее время преследуют неудачи. Прибыли его предприятия падают, несмотря на «административный ресурс» в лице патриарха, а в прошлом году потерпела фиаско «уполномоченная кредитная организация в рамках проведения ремонтно-реставрационных работ на объектах РПЦ» банк «Софрино» (занимал 363-е место по объему активов). Помимо ХПП РПЦ, этот банк обслуживал «Единую службу заказчика Московской патриархии» с ежегодным оборотом в 4 миллиарда рублей. «Софрино» проиграл во внутрицерковной конкуренции банку «Пересвет», который опекал глава Финансово-хозяйственного управления РПЦ МП епископ Тихон (Зайцев). Судьба банка Пархаева была предопределена, когда епископ Тихон перевел из него в «Пересвет» и Внешпромбанк основные церковные счета. Кстати, среди партнеров Пархаева был и упоминавшийся выше Валерий Мешалкин, «изменивший» «Софрино» с Эргобанком.

Итак, единственный успешный проект РПЦ МП на банковском рынке сегодня называется «Пересвет». Патриархии принадлежит почти половина акций этого банка, занимающего 47-е место по объему активов (второй крупнейший акционер банка — Торгово-промышленная палата РФ). Среди учредителей банка в далеком 1992 году были Костромская и Калужская епархии РПЦ МП, а в совет директоров последовательно входили управделами патриархии митрополит Сергий (Фомин) (ныне — управляющий Воронежской епархией), епископ Марк (Головков) (ныне — митрополит Рязанский) и митрополит Кирилл (Гундяев), нынешний патриарх. В прошлом «Пересвет» занимался активной благотворительной деятельностью, которая сейчас, по всей видимости, свернута. Притчей во языцех стал факт перечисления банком в 2005–2009 гг. более 30 миллионов рублей в качестве пожертвований партии «Единая Россия». После того как патриархом РПЦ МП стал Кирилл (Гундяев), положение банка значительно улучшилось: его вкладчиками стали «Транснефть», РОСНАНО, аэропорт «Пулково», Федеральная пассажирская компания, «Мослифт» и многие другие крупные федеральные и столичные предприятия.

На фоне успехов «Пересвета» особенно удручающе выглядят проблемы самой эффективной в РПЦ МП благотворительной организации — Службы помощи «Милосердие». Как признался на днях председатель Отдела РПЦ МП по благотворительности и социальному служению епископ Пантелеимон (Шатов), дефицит бюджета Службы превысил 70 миллионов рублей. Денег нет на оплату труда почти 500 сотрудников богадельни для одиноких стариков, детского дома для детей с тяжелыми множественными нарушениями развития, Марфо-Мариинской обители, приюта для одиноких мам, которые решили не делать аборт, и других учреждений Службы.
 

Оптимизация патриарха

Резко перешедший в оппозицию в результате своего увольнения из патриархии протоиерей Всеволод Чаплин нашел источник восполнения бюджета «Милосердия», равно как и решения массы других церковно-финансовых проблем, включая «зависшие» зарплаты работников центрального аппарата РПЦ МП. Он предлагает «оптимизировать» многочисленные патриаршие резиденции, представляющие собой роскошные дворцы с многочисленным персоналом. В своем блоге о. Всеволод приводит пример «Синодального духовно-административного и культурного центра на Юге России», то есть нового дворца Кирилла под Геленджиком. «Ни об одном культурном мероприятии в этом центре никогда не слышал, — свидетельствует протоиерей. — Устроить там концерт или выставку — из области немыслимого. То есть слова о культурном предназначении центра — это либо забывчивость, либо ложь… Когда-то в докладах покойного Патриарха публиковались некоторые данные о состоянии общецерковного бюджета. Тогда нынешний Предстоятель иронизировал по поводу слишком общего характера цифр. Сейчас даже такие общие цифры не публикуются. Неужели именно из-за расходов на резиденции?»