Интимные тайны Сечина-Каланды

Что скрывают главные мужчина и женщина "Роснефти" "Роснефть" сделала очередной шаг к полному засекречиванию происходящего в этой государственной корпорации - вероятно, операций вроде весьма странных закупок презервативов, не говоря уже о тайне зарплаты и премирования Сечина. Используя «противосанкционную» риторику, менеджмент компании пытается сделать еще менее прозрачной информацию о ее деятельности. Не так давно менеджмент «Роснефти» активно лоббировал идею засекретить данные о тендерах компании (чтоб американцы не догадались). После того как эта идея не нашла поддержки в правительстве, компания вышла с новым предложением: не указывать в отчетах то, что она считает коммерческой тайной.

Такое предложение содержится в письме вице-президента "Роснефти" Ларисы Каланды от 20 февраля к заместителю министра экономического развития Николаю Подгузову (копия есть у «Ведомостей»). В письме также сообщается, что еще в августе 2015 г. компания просила председателя правительства Дмитрия Медведева пересмотреть подход к раскрытию информации.

Сейчас перечень информации, которую должны раскрывать компании с госучастием, содержится в постановлении правительства № 1214, подписанном 31 декабря 2010 г. В прошлом году в это постановление были внесены изменения, и теперь помимо тех сведений, которые госкомпании уже давно публикуют, им придется раскрывать дополнительную информацию, с чем и не согласна «Роснефть».


Лариса Каланда
В частности, нефтяная госкомпания считает, что к информации, которая носит конфиденциальный характер и, следовательно, не должна быть публичной, относятся: целевые значения долгосрочной программы развития, программа отчуждения непрофильных активов (с указанием причины отклонений фактической стоимости проданных активов от балансовой), суммы, направленные на реализацию инвестиционных проектов, а также данные о вложениях компании, предполагаемый уровень дохода по которым составляет более 10% в год, – тут правительство требует раскрывать цель, сумму инвестирования, а также источники финансирования.

Всю эту информацию «Роснефть» готова предоставить акционеру – Российской Федерации (69,5% у Росимущества) по запросу.

«Объем и степень детализации информации, раскрываемой госкомпанией, существенно превышает объем раскрытия в отчетах частных российских и крупнейших зарубежных компаний», – сказано в письме Каланды. Такие требования ставят госкомпании в неравные с другими участниками рынка условия, считает она, а между тем конкуренция предполагает равенство правового статуса хозяйствующих субъектов, исключающее предоставление кому-либо из них необоснованных преференций.

Представитель Минэкономразвития подтвердил получение письма: «Позиция министерства в данный момент прорабатывается».

Судьба предложений «Роснефти» туманна, признает федеральный чиновник: они звучат не первый раз, но раскрытие информации – это улучшение качества корпоративного управления. А идея увеличить список обязательных к раскрытию сведений о частных компаниях уже проходит общественное обсуждение, лаконичен он.

«Роснефть» работает на конкурентном рынке и нелогично, если государство ставит ее в неравное с конкурентами, с частными компаниями положение, уверен представитель «Роснефти»: «Но мы не собираемся бороться с транспарентностью». Вторая причина, по которой «Роснефть» выдвигает такие предложения, – санкции против нее.

В феврале президент «Роснефти» Игорь Сечин и предправления «Газпрома» Алексей Миллер попросили Медведева вывести из-под закона о закупках некоторые сделки их компаний. Контрольные органы США и ЕС могут использовать эту информацию для проверки соблюдения санкций, ужесточить их и оштрафовать контрагентов. Сейчас проект постановления об этом проходит согласование в правительстве. Предлагается сделать непубличной информацию о закупках нефти и газа, об услугах по их транспортировке, о продаже земли и кредитованию в иностранных банках и т. д.


Игорь Сечин
«Нельзя сказать, что «Роснефть» – непрозрачная компания. Все, что нужно, она раскрывает», – говорит старший аналитик «Атона» Александр Корнилов. Но, как правило, без подробностей, замечает аналитик Райффайзенбанка Андрей Полищук: «Инвесторы всегда настроены на то, что компания будет предоставлять больше информации».

Если компания будет раскрывать долгосрочные планы, рентабельность проектов и т. д., это облегчит понимание ее бизнеса, согласен портфельный управляющий GL Asset Management Сергей Вахрамеев. С точки зрения принципов финансовой отчетности «Роснефть» – открытая компания: она публикует отчет по международным стандартам, а также «Анализ руководством финансового состояния и результатов». Но, продолжает он, по сравнению с западными компаниями ей есть куда стремиться. У «Роснефти» есть долгосрочная программа развития, приводит Вахрамеев пример, но как она изменилась с падением цен на нефть, компания не сообщала.

Исполнительный директор Ассоциации профессиональных инвесторов Александр Шевчук считает, что госкомпаниям следует рассказывать о продаже непрофильных активов: «Стратегического значения я не вижу. А желание государства очевидно – повысить прозрачность распоряжения непрофильными активами».

Представитель «Русгидро» отказался от комментариев, представители «Газпрома», «Алросы», «Интер РАО» не ответили на запросы.