Андрей Костин, Игорь Юсуфов, Дмитрий Якубовский и Василий Анисимов пытались украсть "Интеко"

... точно также, как впоследствии украли "Банк Москвы" Андрей Бородин, акционер поглощенного госбанком "ВТБ" частного "Банка Москвы", ранее описывал аферу, которую на бюджетные деньги орагнизовали близкий к бывшему министру финансов Алексею Кудрину банкир Андрей Костин и олигарх Игорь Юсуфов.

[Врез РУСПРЕС: Мониторинговая экспертная группа Марины Литвинович, "Клан Медведевых", 23.11.2011 "По словам Бородина, бывший спецпредставитель президента Игорь Юсуфов, который купил у него акции банка, действовал «в интересах и по поручению президента Дмитрия Медведева, который и принял решение о получении государством контроля над Банком Москвы». Бородин подчеркивает в интервью, что мандат Юсуфова от Медведева подтверждался и третьими лицами, в частности, председателем правления банка «ВТБ» Андреем Костиным, а сам Игорь Юсуфов утверждал, что «они с президентом делят прибыль и активы и что он является одним из лиц, уполномоченных держать активы, входящие в сферу интересов Медведева».

В феврале 2011 г. ВТБ приобрел у столичного правительства 46,48% акций «Банка Москвы» и 25% плюс одна акция Столичной страховой группы, владеющей 17,32% акций банка. Далее ВТБ объявил о намерении консолидировать 100% акций «Банка Москвы». Однако Андрей Бородин, контролировавший около 20% акций банка, продавать их отказался. Затем, с предложением о покупке пакета банка за $1,1 млрд. к экс-главе «Банка Москвы» обратился Виталий Юсуфов, сын Игоря Юсуфова. Деньги на покупку пакета акций банка Юсуфов взял у самого банка через подконтрольную ему компанию Europroject Investments, принадлежащую судостроительной компании Nordic Yards. Сделка была оформлена в апреле 2011 г. А в сентябре 2011 г. Виталий Юсуфов продал принадлежавшие ему 19,91% акций Банка Москвы группе ВТБ. Еще летом была начата санация «Банка Москвы»: к его спасению подключились Центробанк и Агентство по страхованию вкладов (АСВ). Было принято решение, что АСВ предоставит Банку Москвы заем из средств ЦБ в размере 295 миллиардов рублей на 10 лет под 0,51% годовых.

В своем интервью Андрей Бородин также указывает, что в переговорах с ним Игорь Юсуфов утверждал, что он «представляет интересы Медведева в «Основе телеком», которая владеет лицензией на мобильное вещание в диапазоне 4G»].

Супруга мэра Москвы, бывший владелец корпорации "Интеко" Елена Батурина дополняет эту картину в интервью газете "Ведомости":

— Есть информация, что на самом деле конечным приобретателем вашего бизнеса является Сбербанк. Что про это скажете?

— Основной пакет акций приобретает Михаил Шишханов [РУСПРЕС: родственник Михаила Гуцериева] — и, думаю, он и есть конечный приобретатель.

— Все люди, более-менее осведомленные о ваших взаимоотношениях с банком ВТБ, которому вместе с Банком Москвы «Интеко» была должна около 20 млрд руб., ожидали, что банк поглотит компанию, дождавшись дефолта по выплате долгов. Известно, что на переговоры с вами в Вену даже ездил глава ВТБ Андрей Костин. Зачем он приезжал? Делал предложение?

— Да, приезжал. С [ранее судимым участником коррупционных схем банка "ВТБ"] адвокатом Дмитрием Якубовским и предпринимателем Василием Анисимовым. Насколько я понимаю, у Костина изначально были планы, чтобы Якубовский «фронтировал» эту сделку, с тем чтобы ВТБ не было видно. Он очень хотел приобрести компанию. Предлагал даже купить компанию через Юсуфова — того самого, который, по сути, завладел Банком Москвы.

— А в чем заключалась роль Анисимова?

— Думаю, стоит этот вопрос задать Анисимову. Я не получала от него четкого ответа.

— Почему же сделка не состоялась?

— Мы сначала пытались договориться о рыночной стоимости этой сделки, для того чтобы понять, что это за актив, ВТБ «заходил» в компанию и изучал наши проекты. Но когда due diligence был закончен, Костин пришел и сказал, что компания стоит дорого, но он дает нам то, что можно назвать «три копейки».

— Он объяснял, почему дает «три копейки»?

— Да — политической ситуацией вокруг компании. Костин говорил, что все действия мэрии по отмене проектов компании будут продолжены.

— А зачем ВТБ нужна была компания?

— Это мне очевидно. ВТБ нужно было получить нашу компанию, так как он был одним из тех банков, у которого качество отдельных заемщиков оказалось очень низким. Это показал кризис 2008 г., когда у ВТБ образовался разрыв между выданными деньгами и имеющимися активами. Закрыть эту дыру можно было, взяв за «три копейки» реально дорогой актив. При переоценке одно могло бы уравновесить другое. ВТБ в этом был очень заинтересован. Но, как видите, они, судя по всему, нашли другой путь — купили Банк Москвы.

— Но с этой покупкой у ВТБ не все гладко.

— Я не исключаю, что деньги, которые они получили от государства — 295 млрд руб. — на санацию Банка Москвы, пошли, по сути, на санацию ВТБ.

— Почему вы так считаете?

— Вы можете себе представить, что при тех регуляторах, которые существуют в нашей системе, Банк Москвы мог накопить такую дыру в $10 млрд — и никто об этом не знал?! Это абсурдная ситуация!

— Премьер-министр России даже пожурил главу банка ВТБ за просчеты в покупке Банка Москвы.

— Он пожурил… Но пожурить и наказать — это разные вещи. То есть у всех на глазах из государственного бюджета под странным предлогом были получены деньги — и все это проглотили. Недавно прочитала интервью Бородина в вашей газете. Он приводит интересный пример: одной из компаний Банку Москвы был возвращен кредит в размере $400 млн. Упоминалось, что это один из тех кредитов, считавшихся проблемными, на которые государство выделило деньги в рамках санации Банка Москвы. Получается, что деньги на санацию Банка Москвы были выделены необоснованно. Как минимум $400 млн должны были быть сразу возвращены государству и налогоплательщикам. Однако об этом ничего не слышно.

— Правда ли, что в какой-то момент «Интеко» перестала обслуживать долг перед ВТБ? Банк даже подавал иск в суд.

— Неправда. Я связываю это с тем, что в тот момент мы хорошо продвинулись в переговорах с Михаилом Шишхановым. И этот иск оцениваю как очередную попытку давления на компанию. Именно тогда и была на рынок вброшена информация о якобы просроченной задолженности.