Пресвятая Троица, помоги пристроиться!

Бывший «вор в законе» Валёк Тюменский уходил в монастырь На днях 44-летний бывший "вор в законе" Валентин Исаченко, более известный в криминальной среде по кличке Валёк Тюменский попросился на послушание в один из монастырей, расположенных в Усть-Лабинском районе Краснодарского края.

Ранее неоднократно судимый уроженец Горького Валентин Исаченко был коронован по инициативе Бори Апакела на воровской сходке в Сочи в конце осени 1995 года. В то время Боря имел в авторитет, сопоставимый сегодня с авторитетом Деда Хасана, поэтому другие воры поддержали его в этом неблагодарном деле. Кстати, на том же мероприятии воровскую корону примерил и 21-летний сын Бори - Жулен.

Внимание Апакелы на Валька обратил его друг и бывший подельник, и по соместительству крестный отец бориной дочки - Володя Рихард, с которым Исаченко вместе сидел в хадыженской "девятке" и с его благословения "смотрел" за отрядом. После выхода на свободу приятели купили квартиры в одном доме в центре Краснодара.

Как водится, после получения высокого статуса Валентин крепко присел на опиум и большую часть своей коронованной жизни провел в наркотическом забытьи. Эта пагубная страсть погубила многие воровские судьбы, в том числе и вальковскую. В конце концов, Исаченко оказался в Москве, где и лишился своего титула. К тому же, в прошлом Валька вскрылись темные пятна: сидя в лагере, он неоднократно выходил "погулять" на свободу и каждый раз своими ногами возвращался назад, что недопустимо для стремящегося.

В декабре 1997 года Валентин с четырьмя подельниками был схвачен в Красногорском районе Подмосковья на грабеже КамАЗа с запчастями на 150 млн. рублей. Заехав в СИЗО Каширы, Валек объявился вором и просидел там на привилегированном положении около полутора лет. В начале 2000 года Исаченко этапировали в Краснодар, где Амиран Рыжий снова приостановил его самовольно взятые на себя воровские полномочия. В том же году Валентин попадает в усть-лабинскую "двойку", не претендую на особый статус, пока к нему на свидание не приезжают воры Боря Апакела и Кокило.

Титулованные визитеры позвали к себе положенца (в то время за зоной смотрел Мамука Геленджикский) и с ним весь лагерный блаткомитет и спросили: "Вы Валентина как кого знаете?". Мамука отвечает: "Знаем его, как не вора". Боря спрашивает у Валентина: "А почему тебя знают, как не вора в лагере?". Валентин говорит: "У меня вопросы с Чичхеном и Паатой Абинским". Боря говорит: "Хорошо, я с ними встречусь, поговорю" и уезжает.

На следущий день Валёк собирает группу единомышленников из числа любителей бокса и бодибилдинга и на "законных" правах начинает качать права. Зона разделилась на два неравных блока: большинство оказалось на стороне Валька. Через день, по просьбе Саши Тихорецкого, который остался в меньшинстве, нагрянул Паата и, узнав о приезде Бори и Кокило, тут же засобирался обратно. По возвращению в Краснодар Паата собрал сходняк из 16 воров и поставил вопрос по Исаченко ребром. Общим решением в лагерь была отправлена делегация в составе Пецо, Алика и Артура. Валёк под давлением такого десанта сдался, а Боря к телефону так и не подошёл.

Впрочем, тогда вся тяжесть разборок легла на Сашу Тихорецкого, который с самого начала пошёл на конфликт с Исаченко, и был единственным, кто на вопрос Бори обосновал его неворовской статус, рассказав про то, как Чичхен разбил бутылку о голову Валентина. Сразу после отъезда Бори вновь объявившийся Валентин со своими молотобойцами решил расправиться с Сашей, но воплотить задуманное не хватило духу. 23-летний конкурент сумел переломить ситуацию в свою пользу и убедил Валька не усугублять положение в зоне. А его коренастым болельщикам рассказал всю подоплеку истории о битье стеклопосуды.

Оказалось, что в свое время Валентин отнял у барыги несметное количество мака и не придумал ничего лучшего, как толкнуть товар через другого барыгу. Разумеется, что на такое пакостное дело вор лично не пойдет, поэтому в качестве посредника на одной широварне нашли толкового варщика, который за долю малую согласился быстро реализовать черняшку через знакомого барыгу.

Когда посредник привез Валентину деньги за продажу мака по ценам ниже рыночных, тот возмутился и демпингатора избил. Сильно! Через пару дней на варочную по своим делам наведался Чичхен и услышал от варщика эту грустную историю. Испрошенное позднее у Валька объяснение Чичхена не удовлетворило, после чего и последовал удар бутылкой по голове, но "не за то, что торговал соломой, а за то, что при этом торговался".

Так или иначе, к приезду воров в лагерь конфликт, окончательно закрепивший за Вальком репутацию прошляка, фактически был исчерпан. В довершение ко всему в январе 2004 года Исаченко вновь пошел вразрез воровским традициям, выйдя на свободу по УДО на два года раньше положенного срока.

На днях Валентин попросил знакомого коммерсанта, имеющего отношение к строительству на территории храма, пристроить его в лоно церкви. Впрочем, послушание Исаченко длилось недолго. Через пару дней он сбежал и, как говорят, вновь ударился во все тяжкие и пьянствует у родного брата в станице Ивановской. Таким вкратце оказался путь бывшего краснодарского "законника" от идеи к вере.

В наши дня, когда межклановые разборки среди воров стали выливаться на зоны, история о метаниях "подвопросника" Валентина, в которой больше всего пострадали те, кто его поддержал, может быть поучительной для многих. Сидельцы со стажем видят, что сегодня лучше не ввязываться в чужие баталии и принимать зрелые решения в интересах большинства.