Олег Геевский заболел признаками рейдерского захвата

Управленцы "Ангарскцемента" не пускают на предприятие представителей собственника В начале этой недели ряд СМИ получили копии писем, направленных гендиректором ОАО «Ангарский цементно-горный комбинат» Николаем Фоменко прокурору Иркутской области, начальнику ГУВД Приангарья и руководителю регионального Управления ФНС. Топ-менеджер утверждает, что в понедельник, 4 октября, не был допущен на территорию предприятия, и усматривает в этом «противодействие со стороны председателя совета директоров Геевского О.А., полномочия которого истекли». Примечательно, что и Фоменко, и Геевский тесно связаны с группой компаний РАТМ предпринимателя Эдуарда Тарана, контролирующего Ангарский цементно-горный комбинат. И, на первый взгляд, конфликт этих руководителей выглядит довольно неожиданно. Впрочем, если изучить все обстоятельства дела, можно прийти к выводу, что в «противодействии» Геевского прослеживается определенная логика, а по-настоящему проигравшей стороной рискует оказаться сам Эдуард Таран.



Николай Фоменко стал гендиректором ОАО 5 апреля 2006 года по решению совета директоров общества и какое-то время успешно исполнял должностные обязанности. Однако из-за определенных проблем со здоровьем был вынужден в 2009-м примерно на год покинуть предприятие, при этом не слагая с себя полномочия его единоличного исполнительного органа. В отсутствие Фоменко оперативное управление комбинатом осуществляло полтора десятка менеджеров, получивших доверенности на право представлять интересы общества.

Снова на рабочем месте гендиректор появился 28 сентября этого года. Увиденное, судя по тексту письма в прокуратуру, милицию и налоговую, его не обрадовало. «При оценке ситуации, — написал правоохранителям Фоменко, — которая сложилась за последнее время на предприятии и создана действиями менеджмента ОАО «Ангарскцемент», действующего по доверенности, я пришел к выводу о том, что в обществе грубо нарушаются нормы Федерального закона «Об акционерных обществах», иных законодательных актов Российской Федерации». Любой бизнесмен, прошедший через «лихие девяностые», легко бы накидал перечень неприглядных деяний, скрытых за этой формулировкой: вывод имущества, «исчезновение» оборотных средств, приписки, с помощью которых скрывается приближающаяся экономическая катастрофа отдельно взятого предприятия.

Пытаясь исправить ситуацию, гендиректор 1 октября отозвал доверенности у не справившихся (или действовавших в своем интересе?) управленцев и попытался принять «решения и меры, направленные на выявление фактов нарушения корпоративного законодательства, законодательства о бухгалтерском учете и финансовой отчетности, восстановление достоверного бухгалтерского учета при осуществлении обществом производственной деятельности». То есть руководитель, как и положено, приложил усилия для того, чтобы привести в чувство запущенное хозяйство.

Однако здесь, к немалому, надо полагать, удивлению Фоменко, его ждало серьезное препятствие. Гендиректорские «решения и меры» натолкнулись на «противодействие со стороны председателя Совета директоров Геевского О.А., полномочия которого истекли». Как особо обговорил Фоменко в письме инстанциям, «таким образом, Геевский О.А. не имеет ни каких правовых оснований давать генеральному директору ОАО «Ангарскцемент» какие-либо указания по оперативному управлению предприятием».

Дальнейшее развитие событий показало, что какие бы то ни было «основания» оппонентов Фоменко не волнуют. 4 октября «единоличный исполнительный орган отстранен от исполнения своих обязанностей и не допущен на территорию комбината». Единоличный исполнительный орган — это сам генеральный директор Николай Фоменко, единственное лицо, имеющее право без доверенности действовать от имени ОАО. А 5 октября появляется решение совета директоров, «полномочия которого истекли», с подписями акционеров, в соответствии с которым Фоменко уволен.

Интересно, «группа лиц» ли сфабриковала решение совета директоров, попытавшаяся избежать международного аудита, инициированного Фоменко, или люди, чьи подписи стоят под этим решением оказались не в курсе дела?

Лишившийся рабочего места топ-менеджер указал в послании, что на его пути встало некое «ЧОО «Тигр», учредителем которого является сын Геевского О.А.». И далее сказано: «Указанная частная охранная организация привлечена к охране имущества и территории ОАО «Ангарскцемент» без согласования со мной, как с генеральным директором». Последнее обстоятельство определенно указывает на то, что оппоненты Фоменко тщательно подошли к ограждению актива от чьего бы то ни было внимания, в том числе, и от внимания законного руководителя предприятия.

По мнению Фоменко, которое он озвучил в письме правоохранителям, действия Геевского следует признать «незаконными, имеющими все признаки рейдерского захвата», и потому прокуратуре, ГУВД и УФНС следует, в частности, дать «правовую оценку действиям Геевского О.А.».

С одной стороны, Фоменко должен знать, о чем говорит: рейдерство, наверное, ему видно за версту. Ведь до своего назначения на должность гендиректора он являлся сотрудником группы компаний РАТМ, у которой давно сложилась репутация признанного захватчика чужой собственности.

С другой стороны, если бывший соратник Тарана начинает бить тревогу, значит, Геевский действительно проворачивает такие дела, о которых владельцу РАТМа может быть неизвестно. Тем более, по состоянию на вечер 4 октября он наверняка испытывал трудности в получении информации о своем бизнесе, с 26 августа находясь под арестом по обвинению в даче взятки (правда, вечером появились сообщения, о том, что Таран вышел на свободу под залог в 20 млн. рублей).

Компетентные органы собрали богатое досье на человека, ныне де-факто контролирующего АЦГК. Знакомство с фактами, обобщенными правоохранителями, дает представление о Геевском как о предпринимателе с богатой фантазией, но без обостренного чувства деловой этики.

Так, согласно оперативным данным предполагается, что в 2000 г. он участвовал в легализации средств, полученных мошенническим путем в ОАО «Разрез Тулунский». Подозревают, что гендиректор разреза Геннадий Андреенко проводил операции с векселями «Иркутскэнерго», которые, по его задумке и по договору с петербургским Гуманитарным фондом содействия развитию независимых государств, должны были пойти на погашение задолженности разреза перед ПФР, однако часть векселей ушла на то, чтобы ликвидировать «пенсионные» долги фирмы самого Геевского «Ермак».

В том же году, Геевский провел преднамеренное банкротство ООО «Иркутскметаллооптторг», вследствие чего стал фигурантом уголовного дела №6813, заведенного прокуратурой города Иркутска. Однако тогда он смог избежать ответственности, апеллировав к прокурору области. Дело было закрыто.

В тот же период времени предприниматель, как предполагают оперативники, реализовал схему получения средств от незаконных экспортных операций в интересах ООО «Нафтен». Фирма экспортировала горюче-смазочные материалы в Китай, причем покупателями выступали зарегистрированные гендиректором «Нафтена» Грековым юрлица. Затем ООО получало из российского бюджета возмещение НДС.

В последующие годы Геевский, по сведениям правоохранителей, был замечен в получении крупного кредита, как полагают, по поддельным документам, участвовал в «оптимизации» затрат через подставную фирму ООО «Стройоптима» («сэкономлено» 67 млн. руб. налогов и сборов), и даже по мнению источников выступал «наводчиком» при похищении дорогих иномарок. Ну и, по некоторым сведениям, помог Эдуарду Тарану «зайти» на Ангарский цементно-горный комбинат. Сейчас Олега Геевского подозревают в организации банкротства ООО «Ангарскцемент».

Схема была любопытной. У производителя цемента вдруг появился кредитор — ОАО «Ангарскцемент», которому ООО якобы выдало векселей на сумму 700 млн. рублей. И это при том, что ООО и так находилось на грани банкротства, а ОАО не вело в момент операции с бумагами никакой хозяйственной деятельности. Впрочем, эта «операция-кооперация» может иметь последствия для Геевского — сейчас он фигурирует в деле по ст. 195 УК РФ, возбужденном в середине июля текущего года Следственным управлением Следственного комитета при прокуратуре Иркутской области.

А затем владелец группы компаний РАТМ принял кадровое решение, которое сейчас следует расценивать, пожалуй, как большую стратегическую ошибку. В мае 2008 г. Таран покинул пост председателя совета директоров «Ангарского цемента» и назначил вместо себя Геевского...

Теперь получается так, что о реальном положении дел на комбинате — или что там от него осталось — осведомлены только Геевский и приближенные к нему люди. Фоменко силой оставили без рычагов управления, Эдуард Таран в виду объективных причин последние полтора месяца, как минимум, не мог лично контролировать бизнес предприятия, другой крупный акционер комбината, «Сибирский цемент», также лишен доступа к информации.

История с последним вообще напоминает театр абсурда. Долгое время лишенный доступа на собрания акционеров предприятия и не получающий никаких документов с комбината, холдинг был вынужден добиваться соблюдения своих прав держателя ценных бумаг через суд. Компания прошла все инстанции, дождалась исполнительного производства, но так и не получила затребованную информацию. Даже судебные приставы не могут помочь «Сибирскому цементу»: до сих пор все их попытки вручить руководству АЦГК исполнительные листы были безуспешны. Иногда их просто не пускают на «территорию Геевского», иногда отделываются фразами в духе Галчонка из Простоквашина: «Кто там? Кто там?».

Однако есть в этой истории один человек, который наверняка мог бы повлиять на Геевского. Это Виктор Беляев, глава «РАТМ Цемента», структуры, вроде бы объединяющей цементные предприятия Тарана и, соответственно, имеющей влияние на председателя совета директоров АЦГК. Участник знаменитых «лесных войн» «Базэла» и «Илим палпа» на стороне компании Олега Дерипаски, Беляев должен не в меньшей степени, чем Фоменко, иметь нюх на действия, имеющие «все признаки рейдерского захвата». Но он почему-то не комментирует письма гендиректора Ангарского комбината и не вмешивается в «разборки» управленцев. Можно предположить, что Беляев уже ангажирован одной из сторон конфликта, и почему-то кажется, что это не сторона Фоменко.

В то же время, письма нынешнего гендиректора предприятия во все ответственные инстанции должны положить начало возврату «Ангарского цемента» от менеджеров, почувствовавших себя полноправными хозяевами комбината, к его акционерам. Развитие событий по другому сценарию наше законодательство просто исключает.

Впрочем, остается большой вопрос — в каком состоянии акционеры вновь обретут свой актив?

Алексей Спирин