Гибель Зураба Жвании - несчастный случай или убийство?

Ровно год назад, 3 февраля 2005 года, в Тбилиси погибли премьер-министр Грузии 41-летний Зураб Жвания и 25-летний заместитель губернатора региона Квемо Картли Рауль Юсупов. Грузинские власти почти сразу заявили о несчастном случае, а причиной смерти назвали отравление угарным газом. Члены семей Жвании и Юсупова официальной версии не верят. Бизнесмен Георгий Жвания уверен: его старшего брата убили. Из-за чего возникли эти подозрения, какие улики игнорирует следствие и почему семья покойного премьера настаивает на привлечении иностранных криминалистов? Об этом Георгий Жвания рассказывает в эксклюзивном интервью корреспонденту "Известий" в Тбилиси Александру Иашвили.

Известия: Закончилось ли следствие по делу о смерти вашего брата?

Георгий Жвания: Нет. Следствие пока продолжается. Когда оно закончится, мы не в курсе. Семью на сей счет не информируют.

Известия: А какие версии рассматриваются?

Жвания: С самого начала следствие разрабатывает одну-единственную версию - несчастный случай. Дело собирались быстро закрыть. Ситуация изменилась лишь после того, как мы вмешались и заявили о своих сомнениях.

Известия: О каких именно?

Жвания: В первую очередь нас настораживает отсутствие в квартире, в которой были обнаружены тела, отпечатков пальцев. Следствие утверждает, что Зураб и Рауль что-то ели, пили коньяк, "Боржоми", там нашли бутылки, стаканы, тарелки... Ко всему этому они прикасаться должны были? Но ни на чем отпечатков нет. 

Еще один вопрос - окурки. Во-первых, их оказалось мало. Но Зураб был заядлым курильщиком. Если учесть, что, по версии следствия, они находились в квартире как минимум три часа, окурков должны были найти очень много. К тому же у моего брата была специфическая манера курить, очень легко было распознать окурки его сигарет. Только один окурок более-менее напоминал его манеру. Все остальные окурки явно принадлежат другим людям. Кстати, их нашли на дне мусорного ведра, а сверху лежал мусор. И лежали они в этом ведре уже давно...

Известия: А сигареты были те, которые курил Зураб?

Жвания: Да, кажется Benson & Hedges... Я не курю и названия сигарет не запоминаю... Много еще странного, много вопросов. Противоречия в показаниях личной охраны, ее странное поведение. В общем, уйма деталей, на которые следствие просто обязано было обратить внимание. Но не обратило.

Известия: Говорят, тела вашего брата и Рауля Юсупова были перевезены в квартиру, где их потом нашли, из какого-то другого места. 

Жвания: Такое вполне возможно. На эту мысль в первую очередь наводит отсутствие отпечатков пальцев.

Известия: Вы не могли бы пояснить, какие отношения были у вашего брата с Юсуповым? Ходит много слухов, сплетен...

Жвания: Знаю и о слухах, и о сплетнях. Какие у них были отношения - я не знаю. До 3 февраля прошлого года о Рауле Юсупове я ничего не слышал. Говорят, он был активистом молодежной организации, считался перспективным партийным работником. На него делали ставку как на представителя национального меньшинства - азербайджанца. 

Известия: Вы видели видеозапись МВД, сделанную в квартире, где обнаружили тела? Ее показали небольшой группе журналистов.

Жвания: Я видел только ее часть.

Известия: Вы продолжаете вести собственное расследование?

Жвания: Это громко сказано. Мы по возможности собираем информацию по этому делу. Когда-нибудь она пригодится. Но не сегодня.

Известия: Почему не сегодня?

Жвания: Это должно быть интересно следствию, оно должно быть объективным. Но сегодня объективного следствия в Грузии не будет. 

Известия: Вы считаете, что властям невыгодно доводить дело до конца?

Жвания: Да, похоже на это. 

Известия: Почему?

Жвания: Я не любитель навязывать кому-то свои версии. У меня есть по этому поводу соображения, но о них говорить не хочу. Единственная просьба у нас была к властям: пригласить сюда иностранных, европейских следователей. Она не выполнена.

Известия: Это как-то объяснили?

Жвания: Никак.

Известия: А с Михаилом Саакашвили вы по этому вопросу встречались?

Жвания: Дважды. Мы передали ему нашу просьбу, он пообещал ее выполнить. Но сделано ничего не было. Разве что начальник следственной части прокуратуры Георгий Лацабидзе написал коротенькое письмо правительствам европейских стран. И рассказал о том, как хорошо работает следствие, как их выводы поддерживает ФБР и как мы настоятельно требуем, чтобы к делу подключились европейские следователи. Но статус Лацабидзе, на мой взгляд, явно не соответствует уровню тех, кому он направил свое письмо. Естественно, никакой реакции не последовало.

Известия: ФБР действительно согласно с выводами следствия? 

Жвания: Американцы выяснили важные детали. Например, что газовый обогреватель был исправен. Продуктов неполного сгорания они не обнаружили. Смертельной концентрации угарного газа не было. Очень интересен еще один следственный эксперимент. Ведь утверждалось, что охранники, когда не смогли открыть дверь, проникли в квартиру через окно. Их привели, попросили влезть в окно, но они не смогли: там решетки. К тому же охранники говорили, что окно распахнулось, когда по нему ударили. Выяснилось: окна устроены так, что если они заперты на задвижку, открыть их невозможно. А если задвижки открыты, окна в закрытом состоянии не фиксируются. О каком отравлении угарным газом может идти речь, если окна распахнуты настежь? Таких деталей в деле много. Так что техническая часть заключения ФБР доказывает: никакого несчастного случая быть не могло.

Известия: А в части выводов? 

Жвания: В документе, состоящем из 20 с лишним страниц, в двух местах говорится: ФБР не обнаружило ничего такого, что противоречило бы официальной версии о несчастном случае. Вот следствие и ссылается на эти фразы. 

Известия: Сразу после гибели премьера заговорили о химических препаратах, которые дают такую же клиническую картину, как при отравлении угарным газом. 

Жвания: Да, знаю. Точное название этого препарата я сейчас не помню, но он упоминается в обычном советском медицинском справочнике.

Известия: История не знает сослагательного наклонения. И все-таки... Как бы развивались события в Грузии, если бы не гибель вашего брата?

Жвания: Если бы Зураб был жив, многие важные для нашего государства процессы пошли бы не так, как сейчас. Но уже ничего не изменишь...

Александр Иашвили