Леше Чувашу заказан вход в порядочное воровское сообщество

Чем-то он очень Шакро не понравился Как стало известно ИА «Прайм Крайм», в Москве положен конец многолетним разногласиям относительно криминального статуса 57-летнего жителя Чувашии Алексея Александрова, более известного как Пастор или Леша Чуваш. Шакро и новые постоянные члены его ареопага: Гия Длинный, Паата Маленький и Отари Тоточия вынесли короткий вердикт, гласящий следующее: «Леша Чуваш - не вор и никогда им не был». Решение предписано довести до всех заинтересованных лиц через «смотрящего» за Чувашией Андрея Фина. По этому поводу в Чебоксарах уже состоялся сходняк, на котором Пастор сам все обозначил и передал контроль над «общаком» в новые руки.

По нашим данным, не последнюю роль в смещении Пастора сыграл именно Андрей Финогенов, которого не устраивало двоякое положение Пастора. Несмотря на официальную потерю титула еще в 2010 году, местные племена «одичалых» воспринимали Пастора, как вора, а он никого не спешил в этом разубеждать и продолжал собирать «общие» деньги на свое имя. Говорят, после того, как громкое уголовное дело Фина было развалено в суде (присяжных, якобы, сначала запугали, а потом каждому заплатили по миллиону), из общей суммы пары миллионов не досчитались. Фину, которому необходимо было вернуть деньги в «кассу взаимопомощи», Пастор за недостающие дензнаки пояснить не смог. На этом их некогда тесное общение прервалось. Чтобы окончательно отстранить Пастора от дел, нужно было развеять миф о его коронации, на котором зиждилось все его влияние.

Напомним, впервые о Пасторе, как о воре, в Чебоксарах узнали в середине 90-х, когда приехавший с ним кутаисский «законник» Гогита стал во всеуслышание называть его «братом». Другой кутаисец, Нико Кервалишвили, сидевший в одной из местных зон, также подтвердил полномочия Пастора, хотя, как говорят, имел к воровскому весьма далекое отношение. Сам Пастор, впоследствии, ссылался только на Роберта Каландадзе, который к тому времени уже страдал провалами в памяти и никакого Пастора не помнил. Да пусть от Роберта и шагает хоть половина грузинских воров, он, все ж таки, не Вася Бриллиант, чтобы делать подходы в одиночку. Вскоре, при странных обстоятельствах, Гогита погиб от направленного взрыва в джипе, принадлежащем Пастору, который сам от поездки воздержался. Приехавшие по этому поводу на разборки Михо и Якутенок с Пастором так и не встретились, провозгласив, что «это не вор, ибо воры так не поступают». С тех пор Пастору предрекли проблемы с ворами везде, где бы он с ними ни пересекся.

Каждые по своей линии, охоту на Александрова открыли и воры, и милиция. Первой Пастора отыскала милиция, причем под крылом у нижегородского вора Вагона. К лету 1998 года, когда Якутенок уже пал жертвой неизвестного киллера, нижегородские воры вновь объявили Пастора своим «братом», в качестве которого он и уехал в Кемерово отбывать свой новый 16-летний срок.

Очередная и решающая стычка с ворами произошла у Пастора по лету 2010 года в тюрьме Минусинска, где он нарвался сразу на Авто Копалу, одного из самых маститых и «долгоиграющих» воров нашего времени. Со слов Гочи Тория, которого по «беспределу» сломали в Минусинске, Авто уже знал, что присутствовавший при этом Пастор, отвернувшись, возлежал на шконке. На вопрос Авто, почему он ничего не предпринял чтобы помочь «брату», Пастор ответил, что был без сознания. На это Авто сказал: «Какой ты после этого вор!? У тебя даже статьи не наши» (убийство, бандитизм, изнасилование, мужеложство - прим. ПК) избил и выкинул Пастора из камеры. Нижегородцам, которые вели по Пастору свою политику в обход общепринятой, было поставлено на вид.

Несмотря на это, уже спустя несколько месяцев Гела Кардава, который тогда играл в «высшей лиге», в присутствии Роланда распекал Воскреса за то, что он, по-прежнему, пытался отстаивать финансовые интересы Пастора, вопреки решениям Якута и Копалы, а тот, бледнея, якобы, твердил одно и то же: «Понял, Батя, понял». Характеризуя сложившуюся ситуацию, один из воров тогда произнес, что Пастору лучше умереть…