Андрей Нечаев ложно понял интересы службы

Начальник полицейского НИИ завалил систему "Следопыт" МВД предъявило иск на 1,4 млрд рублей бывшему начальнику своего ведомственного НПО «Спецтехника и связь» Андрею Нечаеву, отвечавшему за переход полиции на Единую систему информационно-аналитического обеспечения деятельности (ИСОД) и обвиняемому сейчас в злоупотреблении должностными полномочиями. По версии следствия, желая выслужиться перед начальством, он принял у подрядчика незавершенные работы и оплатил их, передает "Ъ". Защита, в свою очередь, утверждает, что ИСОД была выполнена безукоризненно, поскольку заказывалась лучшим в стране специалистам — создателям автоматической системы управления вооруженными силами РФ, включающей в себя и так называемую ядерную кнопку верховного главнокомандующего.

Как пояснил близкий к МВД источник, Андрей Нечаев — абсолютно гражданский человек, научный работник, специалист по проектированию и защите информационных технологий — попал в полицейскую систему случайно. В середине 2000-х он по договору участвовал в создании информационно-коммуникационной сети для ГУВД Москвы, благополучно справился с этой задачей, поэтому затем его пригласили реорганизовать полицейскую систему связи и на федеральном уровне. По данным того же собеседника, доставшийся господину Нечаеву участок оказался проблемным. Дело в том, что госпрограмму по созданию в МВД Единой информационной телекоммуникационной системы органов внутренних дел (ЕИТКС ОВД) пытались реализовать с 2005 года; на нее, по данным источника, было истрачено 42 млрд рублей, однако запустить установленное оборудование так и не удалось. Новое руководство МВД тогда решило вообще отказаться от ЕИТКС, а на ее базе строить другую, более отвечающую современным требованиям Единую систему информационно-аналитического обеспечения деятельности. По замыслу организаторов, ИСОД должна была помочь в первую очередь полицейским структурам. Ее базовая часть состояла из особым образом защищенных электронных сервисов, предназначенных для работников угрозыска, борцов с экономическими преступлениями, обеспечения деятельности подразделений собственной безопасности, защиты свидетелей, координации действий в Интерполе и проч. Помимо этого, система должна была обеспечить электронный документооборот внутри ведомства, проведение всероссийских видеоконференций, информационно-справочное обслуживание территориальных отделов, а также ускорить предоставление госуслуг населению. Таких, например, как выдача справок об отсутствии судимости и предоставление гражданам копий архивных документов.

Монтаж, отладку и программное обеспечение ИСОД руководство МВД поручило своему ведомственному НПО «Спецтехника и связь» (СТиС), а гендиректором объединения назначили Андрея Нечаева. Одновременно господин Нечаев стал главным конструктором ИСОД и ее заказчиком: от имени МВД он должен был нанять специалистов, поставить им задачи, проверить качество выполненных работ и рассчитываться с исполнителями.

По словам бывших коллег господина Нечаева, около двух лет у СТиС ушло на разработку и монтаж отдельных компонентов ИСОД в соответствии с запросами и рекомендациями различных служб и управлений МВД в регионах. Осенью же 2014 года гендиректор СТиС заключил с подрядчиком госконтракт стоимостью 1,4 млрд рублей на объединение уже готовых территориальных и ведомственных сетей в единую систему — собственно ИСОД. В конце декабря 2014 года эта работа была завершена и принята спецкомиссией МВД. Господин Нечаев расплатился с подрядчиком, а три года спустя к нему проявили интерес сотрудники управления «М» ФСБ РФ. 17 октября прошлого года заказчика ИСОД задержали во время международной выставки «Интерполитех-2017». Затем уже следователь главного управления по расследованию особо важных дел СКР обвинил конструктора в злоупотреблении должностными полномочиями с тяжкими последствиями (ч. 3 ст. 285 УК РФ) и добился в Басманном райсуде его ареста.

В первые же дни расследования у следствия появились вопросы и еще к одному гражданскому специалисту МВД — замминистра Александру Махонову. Он пришел в ведомство одновременно с Андреем Нечаевым, занял сначала должность главы департамента информационных технологий, связи и защиты информации, а к осени прошлого года дослужился до заместителя министра по тылу. Господин Махонов вскоре после ареста своего подчиненного Нечаева написал рапорт об отставке, который сразу был удовлетворен. В МВД тогда пояснили, что главный тыловик понес персональную ответственность за своего сотрудника.

Как выяснилось, оперативники ФСБ усомнились в обоснованности выплат, произведенных гендиректором СТиС за организацию ИСОД. Затем уже следствие установило, что система была сдана не в полном объеме, а как минимум три ее компонента заказчик Нечаев принял и оплатил преждевременно. По версии СКР, недоделанными остались система «Следопыт М», ориентированная на оперативников угрозыска и позволяющая им в режиме онлайн проверять подозрительных граждан по спецучетам; сервер «Мост», обеспечивающий закрытую связь МВД с прокуратурой для предоставления последней статистической отчетности, и некая общеполицейская интегрированная база данных, названная авторами «Модернизация ИБД».

По данным источников, изначально следствие подозревало, что Андрей Нечаев, работавший до перехода в МВД в связанных с информационной безопасностью коммерческих структурах, мог предоставить выгодный госконтракт своим бывшим коллегам за вознаграждение. Так, например, отрабатывалась версия о том, что подрядчики в качестве завуалированной взятки выплачивали зарплату супруге господина Нечаева. Однако после многочисленных допросов бывших партнеров гендиректора СТиС и проведенных у них обысков выяснилось, что жена чиновника является высококвалифицированным программистом и зарплата ей выплачивалась только за реально выполненную работу. Не удалось обнаружить и какую-либо иную корыстную заинтересованность заказчика в поспешном расчете с исполнителями, поэтому следствие в итоге пришло к выводу, что конструктор поторопился с оплатой из карьерных соображений — хотел сдать ИСОД в намеченные сроки, чтобы порадовать таким образом свое начальство.

По версии СКР, сомнительную сделку он «совершил из ложно понятых интересов службы», а его действия были «обусловлены иной личной заинтересованностью, а именно желанием приукрасить перед своим руководством действительное положение и доложить о своевременном исполнении госконтракта». Напомним, что Андрей Нечаев не первый чиновник МВД, обвиненный в совершении преступления ради карьерного роста: экс-начальник ГУЭБиПК Денис Сугробов был осужден на длительный срок за создание оргпреступного сообщества, участники которого, по данным следствия и судов, проводили незаконные оперативные разработки ради продвижения по службе, получения званий, премий и наград.

Поспешность обвиняемого Нечаева, как полагает следствие, привела к «нарушению интересов государства в лице МВД, которому был причинен ущерб в размере 1,4 млрд рублей». На днях стало известно, что с мнением СКР согласилось и полицейское ведомство — МВД подало гражданский иск к своему бывшему сотруднику Нечаеву, потребовав взыскать с него полную стоимость контракта. Изложенные в иске аргументы пока не известны, однако, как следует из материалов уголовного дела, следствие уже признало МВД потерпевшей стороной, а господина Нечаева ответчиком.

Сам конструктор (недавно срок содержания его под стражей был продлен до 17 марта) с предъявленным обвинением не согласен. Неубедительными считают аргументы следствия и его представители. По их словам, система ИСОД была и разработана, и внедрена. Однако, как и другие подобные продукты, она требует постоянного обновления, обслуживания, пополняется новыми сервисами, к ней постепенно подключаются не охваченные изначально региональные отделы и управления, продолжаются тестирование и настройка отдельных компонентов. Наконец, создателям ИСОД до сих пор приходится обучать полицейских областного и районного звена, не всегда понимающих нововведения. И тем не менее с января 2015 года сеть в целом работает. Собеседники рассказали, что руководство МВД курирует внедрение ИСОД, поэтому едва ли не каждому выезжающему в регионы инспектору из Москвы или областного главка ставится задача проверять в том числе и «компьютерную грамотность» местной полиции.

Делается это так: приезжий офицер сообщает, например, дежурному по райотделу свои установочные данные и просит в режиме онлайн выяснить, какой автомобиль находится у него в собственности. Если дежурный по старой привычке хватается за телефон или пытается подключиться к скачанной из интернета базе ГИБДД, проверяющий объясняет ему, что получить нужную информацию по закрытым каналам ИСОД будет проще, быстрее и, главное, безопаснее. Для этого потребуется только ввести свой персональный код доступа, предоставленный всем без исключения сотрудникам МВД в соответствии с их должностью и спецификой работы.

К осени прошлого года, по данным собеседников, ИСОД уже прочно прижился в полиции. «Следственное поручение в соседний регион, которое раньше шло неделями, теперь отправляется по спецсвязи за минуту»,— говорят они. Наконец, по мнению пользователей ИСОД, проверить его работу может не только сотрудник МВД, но и любой обычный гражданин, обратившийся, к примеру, за справкой об отсутствии судимости, он будет приятно удивлен скоростью предоставления услуги.

Наконец, качество проведенной модернизации, по мнению представителей обвиняемого, гарантировалось уже одной только репутацией генерального подрядчика — Андрей Нечаев привлек к проектированию ИСОД крупнейший в стране профильный НИИ автоматической аппаратуры (НИИАА) им. академика Семенихина. О конструкторских разработках этого предприятия, с учетом их особой секретности, сообщается немногое. Известно, например, что еще в 1950–70-е годы специалисты НИИАА создали единую автоматизированную систему управления российскими зенитно-ракетными комплексами и авиацией, модернизированную ими же в сегодняшний ядерный щит страны. «Пока в мире есть оружие массового поражения, стране нужна адекватная система управления им»,— говорил в одном из редких интервью занимавший должность гендиректора НИИ Борис Залещанский. Ученый пояснял, что вооруженные силы в критический момент смогут действовать эффективно лишь в том случае, если будут подчиняться одному человеку — верховному главнокомандующему. «Под одного человека», по словам конструктора, и была построена разработанная в его институте сегодняшняя АСУ ВС РФ.

Отметим, что в процессе проводимого расследования сотрудники СКР и ФСБ проверяли на причастность к возможным финансовым злоупотреблениям не только сотрудников фирмы-генподрядчика, но и привлеченных ими на субподряды ученых, работающих в частных предприятиях. В нескольких конструкторских бюро, по данным источников, проводились обыски и выемки всей имеющей отношение к госконтракту документации. Однако в итоге всем участникам строительства закрытой полицейской коммуникационной сети, кроме Андрея Нечаева, удалось сохранить за собой статус свидетелей.

Не нашло следствие каких-либо злоупотреблений и в действиях бывшего замминистра Махонова. Как пояснил представляющий интересы экс-чиновника сотрудник адвокатского бюро «Закон» Александр Матрюк, его клиент на состоявшихся недавно допросах «дал исчерпывающие показания по существу создания и функционирования ИСОД, и сейчас каких-либо вопросов и претензий к нему у следствия нет». При этом комментировать расследование по существу адвокат Матрюк отказался, сославшись на данную им подписку о неразглашении. По той же причине не захотели обсуждать эту историю и представители остальных свидетелей по делу из числа разработчиков ИСОД. А в НИИАА, как оказалось, прокомментировать уголовное дело и вовсе некому — в институте нет ни подразделения, ни сотрудника, отвечающего за контакты со СМИ.

Как отмечало агентство "Руспрес", есть основания подозревать связь между делом Нечаева и иском "дочки" концерна "Ростех" к НПО "Специальная техника и связь".