В МОЭК воруют в стиле "турбо"

Разгильдяйство, характерное для лужковского стиля управления Москвой, до этого время аукается в виде судебных процессов, подобных тому, который продолжается в Замоскворецкий райсуде. Суть дела в том, что в ходе осуществления проекта десятилетней давности по созданию в районах Москвы собственных теплоэлектроцентралей, без вести пропал газотурбинный двигатель оценочной стоимостью $1,8 млн. По мнению следствия, техника была оформлена по фиктивным договорам, а выручку разделили между собой руководители ОАО "Московская энергетическая компания" (МОЭК), на протяжении многих лет скрывавших пропажу. Сами обвиняемые уверяют, что эта габаритная техника просто потерялась где-то по дороге.

Как сообщает "Ъ", в середине 2000-х ОАО МОЭК реализовывало инициативу экс-мэра Москвы Юрия Лужкова, предложившего добиться своего рода независимости от РАО "ЕЭС России", построив для каждого района столицы собственную ТЭЦ, обеспечивающую жителей отоплением и горячей водой. Также на 15 площадках в городе должны были появиться новые газотурбинные установки. Результатом проекта должно стать обеспечение города дополнительной электроэнергией на 1437 МВт (сейчас в Москве потребляется около 15 тыс. МВт, дефицит - около 4 тыс. МВт). Площадки выбирались в тех районах города, где остро ощущается дефицит электричества или где решен вопрос с землей под размещение новых установок. Для реализации этого проекта МОЭК рассчитывал привлечь 71,5 млрд руб. (около $27 млрд по текущему курсу).

Поскольку покупать новое оборудование для каждого из строящихся объектов городским властям тогда показалось накладно, чиновники предложили использовать на ТЭЦ газотурбинные двигатели с так называемых энергопоездов, которые можно было недорого приобрести в странах ближнего зарубежья.

МОЭК тогда начала активно скупать энергопоезда, однако реализовать проект до конца не удалось, и значительная часть приобретенного оборудования зависла на арендованных энергетиками складских площадках бывшего завода ЗИЛ. В 2013 году, когда срок аренды закончился, агрегаты пришлось забирать и развозить по территориям московских ТЭЦ. Тут-то и выяснилось, что одного газотурбинного двигателя стоимостью $1,8 млн не хватает.

Сотрудники ГСУ ГУ МВД России по Москве, проводившие расследование, пришли к выводу о том, что агрегат был похищен топ-менеджерами ОАО МОЭК — директором компании по капстроительству Владимиром Ярковым и заместителем начальника службы капстроительства Эрастом Мусаевым. Они вчера и предстали перед судом.

Как заявил гособвинитель, в 2007-2008 годах господа Ярков и Мусаев в составе комиссии МОЭК подписали акт приемки двигателя, который на самом деле "находился в распоряжении другой организации". Затем подсудимые приняли этот двигатель повторно, а деньги за неполученный агрегат похитили, отправив их на счета подконтрольных фирм-однодневок. Топ-менеджерам МОЭК, как полагает обвинение, удавалось в течение нескольких лет уходить от ответственности — они скрывали отсутствие двигателя, вводя проверяющих в заблуждение. Обман вскрылся только осенью 2013 года, когда принявшие газотурбинное оборудование на хранение сотрудники ТЭЦ Зеленограда затеяли его ревизию.

В декабре того же года обоих топ-менеджеров МОЭК взяли под стражу по обвинению в особо крупном мошенничестве (ч. 4 ст. 159 УК РФ), однако уже в начале прошлого года заменили им пребывание в СИЗО домашним арестом. Недавно эта мера пресечения господам Яркову и Мусаеву была в очередной раз продлена до 30 июля.

Сами подсудимые, выслушав речь прокурора, с предъявленными обвинениями не согласились. Как заявил защитник господина Мусаева Юрий Михайлов, следствие представило процедуру комплектации московских ТЭЦ бывшими в употреблении газотурбинными установками в несколько упрощенном виде. На самом деле, по его словам, в сделках помимо владельцев энергопоездов участвовал так называемый конечный поставщик — коммерческая фирма, взявшаяся купить энергопоезда, перегнать их в Россию, разобрать и рассортировать демонтированное оборудование в герметичные ящики. "Каждый поезд размещался в 620 упаковок,— отметил адвокат Михайлов.— А газотурбинный двигатель в разобранном виде по объему, наверное, занял бы целиком трехкомнатную квартиру".

Принимая поставляемое им оборудование, сотрудники МОЭК, по словам защитника Михайлова, видели только огромные штабеля ящиков с номерами, которые даже не могли открывать. Дело в том, что демонтированное оборудование по договору отправлялось к еще одному участнику сделки — на завод, который должен был проверить качество турбин и адаптировать их под стационарные ТЭЦ. Лишь после модернизации двигателей к программе подключались господа Ярков и Мусаев, в обязанности которых входило установить двигатели на теплоэлектроцентралях, причем под руководством профильных специалистов.

На стадии модернизации, по мнению защитников бывших топ-менеджеров МОЭК, один из агрегатов и потерялся — с завода его по какой-то причине отправили другому заказчику. Инцидент разбирался в арбитражных судах различных уровней, а вина строителей Яркова и Мусаева, как полагают их адвокаты, заключается лишь в том, что они так и не смогли вернуть пропажу.
Подробнее: http://kommersant.ru/doc/2674544

Материалы по теме